З книг + біографія

Фрагмент из новой книги Ф.Раззакова

Уважаемые динридовцы. После написания книги “Трагедия красного ковбоя” мне казалось, что на этой теме я уже “отбомбился”. Однако это оказалось заблуждением: вот и в своей новой книге – двухтомнике “Гибель советского кинематографа” (Тайны закулисной войны либералов и державников) мне вновь пришлось возвращаться к личности Дина, описывая драматические события 1986 года. Поскольку до выхода книги еще далеко – она выйдет весной 2008 года – я рискнул вынести некоторые выжимки из нее, где речь идет о Дине, на ваш суд. Кроме этого, я снабдил эти выжимки своими сегодняшними размышлениями о том, как мне видится путь Дина от пацифиста к радикалу. Надеюсь, что каждый из вас захочет выразить свою точку зрения на эту проблему, а в итоге – завяжется дискуссия.

С уважением, Федор Раззаков

Дин Рид: Путь от пацифиста до радикала

Как известно, “полевение” взглядов Дина произошло в самом начале 60-х во время его гастролей по Латинской Америке. До этого он был типичным американским буржуа, свято верившим в правильность политики своего правительства и справедливое предназначение США. Однако поездка в Латинскую Америку “открыла ему глаза”, поскольку именно там он впервые столкнулся с иным отношением к своей родине.
Отметим, что на тот момент латиноамериканский континент представлял из себя настоящий инкубатор социальных революций. Что вполне закономерно, если учитывать, что а) несмотря на успехи индустриализации, сохранялось подчиненное, периферийное положение стран Латинской Америки в мировом хозяйстве как поставщиков аграрно-сырьевых ресурсов и падение цен на мировом рынке в 50-е сильно отразилось на экономике этого региона и б) темпы роста населения в Латинской Америке к началу 60-х достигли рекордного уровня даже по сравнению с Азией и Африкой – 2,8% в год.
Путь латиноамериканцев к лучшей жизни развивался в двух направлениях: в революционном и эволюционном. Первый был представлен революцией на Кубе, где к власти пришли Фидель Кастро и его сподвижники. Второй путь представлял из себя союз левых и правых сил, которые приходили к власти в основном мирным (эволюционным) путем – через выборы. На тот момент Дин Рид был сторонником эволюционной борьбы, не даром он сам признавался в том, что до середины 60-х был пацифистом. Именно поэтому, покинув США, он в 1964 году перебрался жить в Аргентину, которая демонстрировала именно эволюционный путь развития – в результате выборов 63-го года к власти там пришел кандидат от оппозиционного РГС “народа” бывший сельский врач из Кордовы А.Ильиа.
Именно как пацифист Дин отправился и на Всемирный конгресс мира в Хельсинки в 1965 году. И не случайно именно он стал там неким примирителем – с помощью своей гитары и голоса сумел утихомирить не на шутку разгулявшийся конфликт между двумя противоборствующими лагерями (теми кто была “за” войну во Вьетнаме, и теми, кто был против нее). Именно как на пацифиста на Дина обратили тогда внимание советские либералы (Г.Арбатов и др.) и пригласили его посетить Москву. Для чего это было сделано?
Дело в том, что при Хрущеве советская правящая элита из двух возможных путей борьбы с Западом (откровенная конфронтация и мирное существование) избрало последний. Об этом сам Хрущев заявил на ХХ съезде КПСС в 1956 году: “Мы хотим дружить и сотрудничать с Соединенными Штатами на поприще борьбы за мир и безопасность народов”. Тот кризис, который случился между СССР и США осенью 1962 года и названный “карибским” был всего лишь коротким отступлением от этого курса, вызванного многими факторами, в том числе и борьбой либералов и “ястребов” в советском и американском руководствах. В целом же именно с Хрущева началось пусть не слишком заметное, но сближение двух систем, о чем наглядно говорят многие факты, в том числе и “косыгинская реформа” (или “реформа Либермана”), которая началась в 1965 году (внесение в советскую экономику капиталистических элементов).
Большинство коммунистических партий мира (в том числе и аргентинская) положительно оценили советский курс и стали строить свою политику исходя именно из него. Дин Рид придерживался той же позиции, однако так длилось примерно до 1966 года. Затем Дин стал все больше склоняться к позиции Че Гевары и Мао Цзедуна, которые в своих воззрениях на отношения между двумя системами ратовали за решительное размежевание, за конфронтацию. Судя по всему переход Дина на эту позицию был связан с агрессивной политикой США (война во Вьетнаме, вторжение в Доминиканскую Республику), а также событиями, которые происходили в Латинской Америке (установление военных диктатур в Бразилии и Аргентине). Все эти события, видимо, доказали Дину, что мирное существование с империализмом на данном этапе невозможно. Поэтому ему стали близки воззрения Че и Мао. Что это были за воззрения?
Мао говорил следующее: “Даже если при определенных обстоятельствах коммунистическая партия сможет выиграть большинство мест в парламенте и в результате победы на выборах принять участие в правительстве, она не изменит буржуазной природы парламента или правительства, еще менее это будет означать слом старой и установление новой государственной машины. Абсолютно невозможно произвести фундаментальные общественные перемены, полагаясь на буржуазный парламент или правительство...
Буржуазия не сойдет добровольно с исторической арены, это – всеобщий закон классовой борьбы. Пролетариат и коммунистическая партия любой страны ни в коем случае и ни в малейшей степени не должны ослаблять подготовку к революции. Им необходимо всегда быть готовыми дать отпор налетам контрреволюции, необходимо быть готовыми в решающий для революции момент захвата власти рабочим классом свергнуть вооруженной силой буржуазию, если она прибегнет к вооруженной силе для подавления народной революции (что, как правило, является неизбежным).
А вот что говорил об этом же Че Гевара: “Недостойно поддаваться оппортунистическому искушению и выступать знаменосцами народа, который желает своей свободы, но отказывается от борьбы, к ней ведущей, и ожидает победы, как нищий подаяния... Конечная стратегическая цель нашей борьбы – уничтожение империализма...”.
Все эти постулаты Мао и Че попытались претворить в жизнь уже тогда, в конце 60-х. Первый затеял в Китае “культурную революцию”, которая преследовала цель каленым железом выжечь в стране “пятую колонну” из обуржуазившихся коммунистов (часть из них была репрессирована, часть отправилась на перевоспитание в сельскую глубинку), второй – отправился в Боливию, поднимать тамошних крестьян на восстание. СССР и почти все коммунистические партии мира эти действия осудили (особенно сильно досталось Китаю). В результате широкомасштабной пропаганды “культурная революция” приобрела в глазах мировой общественности ореол “политической шизофрении”, а боливийская одиссея Че была названа опасной авантюрой (тем более, что итог ее был плачевный – отряд Че и он сам были уничтожены).
Судя по всему, Дин также присоединился к общему мнению о произошедших событиях. Правда, в пацифисты он не вернулся, а засел за марксистские учебники (привез их из Москвы, где он гастролировал в конце 1966 года) и стал активно подковывать себя по части политической теории. В итоге к началу 70-х он вновь вернулся к прежней идее эволюционного развития революционного движения. Эта его позиция (а также то, что он не осудил ввод советских войск в Чехословакию в августе 1968 года) целиком была поддержана в Москве и с этого момента (с 1970 года) имя Дина Рида стали широко раскручивать в СССР. Раскручивание шло в двух направлениях: культурном (как альтернатива мракобесному американскому масскульту) и политическом (как пример революционера-эволюциониста, критикующего США, но в любой момент готового стать мостиком для общения двух систем).
Новый удар по эволюционным взглядам Дина был нанесен в сентябре 1973 года, когда в Чили пала власть Сальвадора Альенде. Как известно, тот пришел к президентству в результате именно честной парламентской борьбы – с помощью всенародных выборов. Тем самым Дин (и многие другие левые в мире) лишний раз убедился, что можно победить эволюционным путем. Однако длилась эта победа недолго – всего три года. После путча Пиночета стало понятно, что победа Альенде была пирровой. Дело в том, что мирное развитие революции в Чили автоматически предполагало союз левых и буржуазии. В итоге Альенде позволил последней сохранить в неприкосновенности старую армейскую структуру (где позже и вызрел заговор), запрет на создание параллельных органов власти, запрет на вооружение рабочих и т.д. Все это аукнулось Альенде в сентябре 73-го.
Незадолго до своего падения Альенде приезжал в Москву, чтобы найти там помощь. Однако она ему предоставлена не была, поскольку это не входило в планы Брежнева срывать уже начавшийся процесс “разрядки” с Западом (именно поэтому Кремль не стал использовать в свою пользу и революционную ситуацию конца 60-х в Европе). Отметим, что именно в этом направлении в те же годы стал двигаться и Китай, который после 25 лет конфронтации с США пошел с ними на “мировую”. Если приплюсовать сюда и деятельность еврокоммунистов в Европе, которые еще раньше начали свою смычку с буржуазией, то общая картина соглашательства коммунистических верхов с капиталистами получится впечатляющей.
Особенно наглядно все это проявилось в октябре 1973 года, когда “третий мир” нанес мощный удар по мировой системе капитализма, значительно подняв цены на нефть. Этот удар мог свалить с ног Запад и поставить его на колени, если бы “третий мир” поддержали СССР и его союзники. Но они выбрали иной путь: протянули капиталистам руку помощи и активно включились в мировую капиталистическую систему в качестве поставщика сырой нефти. Понятно, что за счет нефтедолларов СССР планировал решить свои многочисленные проблемы (в том числе и “задобрить” население), однако эта политика в итоге привела страну и весь Восточный блок к краху, поскольку началась реинтеграция социалистической системы в мировую капиталистическую систему со всеми вытекающими отсюда последствиями. В итоге уже спустя несколько лет Восточный блок окажется в ловушке, поскольку в середине 70-х он наберет у Запада дешевых кредитов, а в начале следующего десятилетия (когда цены на нефть стабилизировались), цена процентов от этих кредитов резко возрастет. В итоге многие соцстраны попали в настоящую долговую кабалу (у Польши, к примеру, сумма долга достигнет 24 миллиардов долларов, у СССР – 12,4 миллиарда, у ГДР – 12 миллиардов и т.д.).
Однако вернемся к Дину Риду.
Судя по всему, в середине 70-х он еще не понимает, что политика правящих элит Восточного блока и их союзников есть предательство по отношению к мировому коммунистическому движению. Как и многие, он полагает, что “разрядка” позволит двум системам и дальше существовать в режиме “тлеющей войны” (а это всегда лучше войны настоящей). Поэтому радикализация взглядов лично Дина продолжается. В середине 70-х он сходится с представителями чилийского подполья, которые ставят целью именно вооруженный переворот в Чили, а также становится другом другого известного радикала – руководителя ООП Ясира Арафата. И вот уже в ряде своих интервью Дин в открытую заявляет, что готов лично с оружием в руках биться за победу над мировым империализмом (в 77-м он и в самом деле берет в руки “калаш” и едва не становится участником вооруженного конфликта на Ближнем Востоке).
В сторону радикализации меняется и творчество Дина. Если в 70-м он как режиссер снимает документальный фильм-панегирик о победе Альенде в Чили, то во второй половине 70-х, уже в качестве режиссера игрового кино, снимает сначала фильм “Братья по крови”, где со всей страстью клеймит американскую военщину, истребляющую индейцев (современная параллель с вьетнамцами), а в 78-м – “Эль Кантор”, где разоблачению подвергается пиночетовская хунта.
Однако отметим следующую вещь. Несмотря на то, что “Братья по крови” становятся лидером кинопроката в ГДР и в странах Восточного блока (особенно в СССР), однако немецкое руководство внезапно принимает решение прекратить выпуск “дефа-вестернов”, которые до этого на протяжении последних 10 лет выходили в конвейерном режиме – по два в год. Все это было следствием все той же “разрядки”, которая стала наглядным выражением оппортунистической позиции Кремля (с его теорией о “мирном существовании” с капитализмом, главным образом с США). В итоге, несмотря на привычную воинственную риторику с обеих сторон и отдельные конфликты между ними, взаимоотношения Запада и Востока во второй половине 70-х можно назвать в целом достаточно миролюбивыми. Так длилось до начала следующего десятилетия, когда на Западе случился сильнейший политический и экономический кризисы, которые вывели на авансцену истории так называемых неоконсерваторов (Тэтчер, Рейган и др.), внутренняя политика которых заключалась в демонтаже “социального государства”, сокращении госрасходов, приватизации национализированных предприятий и т.д., а во внешней – полный разгром социалистического лагеря и захват его природных и человеческих ресурсов.
Наступление на внешнем фронте было мощным. Во-первых, Западу удалось втянуть СССР в афганскую войну, во – вторых – заманить соцстраны в долговую кабалу. После этого начинается широкомасштабная пропагандистская атака на Восточный блок: затевает ее новый президент США Рональд Рейган, во всеуслышание объявивший СССР “империей зла”. Для высшей элиты СССР (и всего Восточного блока) это было шоком, поскольку они-то считали, что уже сумели достаточно конвергироваться с Западом и найти с ним общий язык (вот почему некоторые политологи до сих пор считают Брежнева одним из отцов нынешней глобализации). Но оказалось, что под шкурой овцы Запад скрывал обличье настоящего волка.
В новом витке холодной войны СССР выставил против Запада Юрия Андропова, который лучше всех членов советского Политбюро был искушен в интригах Запада, что неудивительно: ведь именно Андропов был одним из столпов конвергенции с советской стороны. Именно поэтому до своего прихода к власти (то есть до ноября 1982 года) он воспринимался западной элитой как либерал, хотя и был шефом такого грозного ведомства, как КГБ. Это было связано не только с его национальностью (он был евреем), но и с его взглядами на “разрядку”. Не случайно поэтому на Западе так популярно было мнение об Андропове, что он любит джаз, поддерживает Театр на Таганке и пишет стихи.
Однако, придя к власти, Андропов внезапно превратился в... “ястреба”. Эта трансформация была не случайной: таким образом советский генсек собирался дать понять Западу, что за дешево его не купишь. Короче, советский генсек повел себя как настоящий прагматик и большой знаток хищнической природы капитализма. Именно это больше всего и напугало неолибералов: им стало понятно, что с таким противником они рискуют получить гораздо меньше, чем ими предполагалось получить. В итоге судьба Андропова была решена точно так же, как и судьба Сталина ровно три десятилетия назад: обоих физически устранили с помощью “агентов влияния”. Правда, способы устранения были разными: вождю всех народов вовремя не выделили медицинскую помощь, а Андропова просто неправильно лечили. Но итог был один: оба были устранены, а на их место пришли люди, которые делали все, что было выгодно Западу. 30 лет назад таким человеком стал Н.Хрущев с его разоблачением “культа личности Сталина” и мирным существованием с Западом, а в середине 80-х – М.Горбачев с его критикой брежневского “застоя” и односторонними уступками Западу.
Отметим, что в этой ситуации Дин Рид чувствует себя как рыба в воде. Если в начале 80-х, после ввода советских войск в Афганистан он пребывает в явной растерянности и временно уходит в тень (даже в творчестве делает резкий зигзаг – снимает незамысловатую комедию “Пой, ковбой, пой”), то с приходом к власти Андропова и новым витком конфронтации между СССР и США он опять взбирается на своего политического “конька”. В частности, затевает работу над новым фильмом – на этот раз о преступлениях американского правительства против современных индейцев (“Окровавленное сердце”), а также включается в революционную борьбу в Латинской Америке: едет в самые “горячие точки” этого континента – Чили, Никарагуа, Уругвай и т. д.
Тем временем в марте 1985 года в СССР к власти приходит Михаил Горбачев. Его приход был итогом сговора западных неоконсерваторов и той части высшей советской политической элиты, которая готова была “лечь под Запад” ради собственного вхождения в мировую капиталистическую элиту. О советском народе, как всегда, никто не думал, поскольку ему отводилась та же роль, что и любому другому – роль “козла на поводке”.
Практически сразу после своего прихода к власти Горбачев начал “отрабатывать вложенные в него деньги”. И первое, что он осуществил – “ударил по штабам”, то есть стал менять ключевых людей во власти, которые придерживались андроповской позиции: если и продавать себя Западу, то задорого. Горбачев и К готовы были продаться по дешевке. В итоге из Политбюро были выведены те люди, кто мог нести опасность для пребывания Горбачева на посту генсека. Кроме этого, были произведены существенные перестановки в Международном и Идеологических отделах ЦК КПСС.
Практически все восточноевропейские элиты были согласны на советский вариант конвергенции, кроме руководства ГДР, которое всерьез испугалось, что это неминуемо поставит перед ним вопрос о слиянии двух Германий. Поэтому Хонеккер и К практически с самого начала перестройки стали дистанцироваться от горбачевского СССР. Однако все это изначально было обречено на поражение, поскольку внутри гэдээровской элиты уже успела сформироваться сильная прослойка приверженцев конвергенции.
Как известно, Дин поначалу весьма положительно воспринял приход Горбачева к власти. И это неудивительно, поскольку он не был против снижения градуса напряженности в отношениях между Западом и Востоком. Однако в понимании Дина у этого процесса были свои пределы. Например, он выступал за восстановление “разрядки” и более тесное сближение СССР и США по всем направлениям, однако и мысли не допускал, что Восточный блок может признать себя побежденным. В противном случае он бы никогда не взялся в середине 80-х снимать фильм, где с еще большей энергией разоблачался бы американский империализм. Ведь в чем была главная идея его ленты “Окровавленное сердце”.
По ее сюжету, доведенные до отчаяния индейцы, захватывали Управление по делам индейцев в поселке Вундед-Ни и в течение месяца героически его обороняли. Видя это упорство, американское правительство в итоге согласилось выполнить большинство из требований индейцев. Однако, после того как те сдались, правительство тут же обрушило секиру возмездия на главарей бунта: все они были арестованы и надолго упрятаны за решетку. Таким образом, по мысли Дина, это было кино из разряда обличительных, которое ставило целью показать неприглядную сторону американской власти. То есть, выступая за сближение СССР и США, Дин своим искусством доказывал, что главные противоречия между двумя державами сглажены быть не могут, причем по вине его родины – Америки, где власть представляет из себя достаточно циничную и хищническую систему, готовую в любой момент “кинуть” партнера по общей сделке (что, собственно, и произошло с СССР).
Как мы помним, идея подобной картины пришла к Дину еще в начале 80-х, когда противостояние СССР и США (Андропова и Рейгана) было в самом разгаре. Однако к моменту запуска фильма в производство (а это уже был 1986 год) у власти в СССР был Горбачев и международная обстановка уже не была столь напряженной. Более того, именно тогда многие в мире в открытую заговорили о том, что грядет скорая эра потепления отношений между двумя сверхдержавами. Однако даже в этих условиях Дин не отказывается от идеи постановки своего крайне антиамериканского фильма.
Сторонники версии убийства Дина в этом месте могут воскликнуть: “Вот где собака зарыта! Именно за это Дина и могли убить”. Но это взгляд поверхностный. При более глубоком исследовании этой темы становится понятно, что убивать Дина надобности не было, поскольку все само собой шло к более легкому варианту: не только к закрытию фильма, но и изгнанию Дина из большой политики.
Дело в том, что весной 1986 года Горбачев и К, претворяя в жизнь свой лозунг “бей по штабам”, затеяли кардинальную перетряску кинематографической отрасли. Почему была выбрана именно она объясняется просто: еще Ленин говорил, что “кино является важнейшим из искусств” (в СССР ежегодное число людей, посещающих кинотеатры, достигало 4 миллиардов, а если приплюсовать сюда и ТВ, то цифра вообще получалась запредельной). К тому же, советская киношная элита на 60 % состояла из евреев, а они, как известно, всегда отличались бунтарским духом. Именно для того, чтобы пустить страну под откос это бунтарство и собирались использовать Горбачев и К. Как мы знаем, эта задумка полностью удалась.
В итоге в мае 1986 года на 5-м съезде кинематографистов произошла радикальная перетряска киношного руководства: было удалено ВСЕ прежнее, состоявшее сплошь из консерваторов-государственников (С.Бондарчук, Л.Кулиджанов, С.Ростоцкий и др.), а на смену ему пришли революционеры-либералы (Э.Климов, А.Смирнов, Р.Быков, Г.Панфилов, А.Плахов и др.). На протяжении двух дней, пока шли прения на съезде, самой разгромной критике были подвергнуты только те фильмы, которые несли в себе государственно-патриотический или антиимпериалистический заряд (“Победа”, “Европейская история”, “Лермонтов” и т.д.). Если бы Дин Рид к тому времени успел снять свое “Окровавленное сердце” и выпустить его в советский прокат, то можно с уверенностью в 100 % сказать, что этой же участи не избежал бы и он. Но поскольку он со своим фильмом тогда только запускался, то новое руководство СК и их единомышленники в Госкино поступили иначе – сделали все возможное, чтобы этот проект никогда не осуществился. Ведь они для того и были приведены к власти, чтобы вообще закрыть в советском кинематографе тему разоблачений западного империализма, поскольку в их понимании конвергенция с Западом должна была являть из себя одностороннее разоружение СССР. А антиимпериалистическое кино этой идее всячески мешало.
Например, в кинопрокате 1986 года четыре первых места заняли фильмы, посвященные именно этой теме: “Двойной капкан”, “Одиночное плавание”, “Рейс-222” и “Тайны мадам Вонг”. Общий зрительский сбор этой четверки составил более 147 миллионов человек. Это был очень хороший показатель, который явно указывал на то, что подобное кино пользуется в СССР устойчивым спросом. Поэтому можно с уверенностью сказать, что появись фильм Дина Рида на советских экранах, то его бы ожидал точно такой же успех. Но ему не дали появиться, как и десятку других советских фильмов, разоблачающих империализм и происки западных спецслужб. После 5-го съезда СК эти фильмы в СССР выпускать попросту ПРЕКРАТИЛИ (в 1987 году вышел только один подобный фильм – “Загон”, который закрыть не сумели, поскольку он был совместным проектом – советско-сирийским – и был запущен в производство еще в самом начале 86-го).
Отмечу, что на Западе и в США конвейер антисоветских фильмов продолжал функционировать и ежегодно выдавал “на гора” до десяти фильмов, вроде “Рокки-4”, “Рэмбо-3” в большом кино, и сериала “Америка” на ТВ. Эти фильмы крутились как в самой Америке (причем прокат их был огромный – сразу в нескольких тысячах кинотеатров), так и в Западной Европе. А отдельные из этих фильмов (те же “Рокки-4” и “Рэмбо-3”) добрались даже до СССР и крутились в видеосалонах.
Действия советской стороны по срыву постановки фильма ясно показали Дину, что отныне его политическое творчество новому руководству СССР не нужно. Что теперь будут востребованы другие творцы – “соловьи проамериканского курса”. Кроме этого наложили свой отпечаток на судьбу Дина и другие проблемы: разлад с женой и невозможность вернуться на родину, где при Рейгане ненависть к Дину Риду со стороны его земляков достигла своего пика. И Дин кончает жизнь самоубийством не желая видеть ни капитуляцию коммунизма, ни собственного позора, когда из него сделали бы козла отпущения (как это сделали, к примеру, с Юрием Чурбановым в СССР, с Эрихом Хонеккером в ГДР и т.д.).
Отметим, что советская перестроечная печать весьма скупо откликнулась на эту смерть, несмотря на то, что Дин Рид на протяжении последних двадцати лет был искренним другом СССР, завоевав в нем сердца миллионов советских людей. Скупость эта объяснялась просто: к тому времени либералы-западники уже успели оккупировать большинство центральных средств массовой информации и для них смерть ярого борца с американским империализмом была весьма кстати. Единственное, о чем жалели либералы: что многие советские антизападники не могут последовать вслед за Дином Ридом. Поэтому для них у либералов был припасен иной способ устранения: их стали просто вытеснять с командных постов. В кинематографе этот процесс начался, как уже говорилось выше, со знаменитого V съезда Союза кинематографистов СССР весной 1986 года.

Федор Раззаков

 

Отрывок из новой книги Ф.Раззакова,
посвященной В.Высоцкому

Высоцкий - Рид

Уважаемые динридовцы! Недавно закончил очередную книгу – о В.Высоцком, где снова вспомнил о Дине Риде (никак он меня не отпускает!). Книга политическая, называется «Владимир Высоцкий: козырь в тайной войне. Другая версия биографии великого барда». Дин Рид упоминается в двух главах – в начале книги (события 1966 года) и в конце (1978-го). Думаю, многие из вас прекрасно знают эти факты, но вот их интерпретация… Короче, почитайте, поразмышляйте.

С уважением, Федор Раззаков

5 ноября 1966 года в Театре на Таганке гостил молодой американский актер Дин Рид, который присутствовал на спектакле «Десять дней, которые потрясли мир», показанный для комсомольского актива. Это был второй приезд Дина Рида в Советский Союз - в первый раз он был здесь год назад по приглашению советских либералов, среди которых был видный деятель либеральной группировки еврей Георгий Арбатов. В конце 50-х он работал в хорошо нам известном журнале «Проблемы мира и социализма», откуда его в начале следующего десятилетия перевели работать в Международный отдел ЦК КПСС, к Юрию Андропову (отметим, что в 67-м году Арбатов возглавит только что созданный важнейший советский международный Институт - США и Канады). Именно Арбатов и приметил молодого красавца-американца с левыми взглядами на Всемирном конгрессе мира в Хельсинки. Дина тогда пригласили в Москву всего на несколько дней, а осенью 66-го он уже приехал в СССР с двухмесячными гастролями сразу в пяти республиках (РСФСР, Армения, Грузия, Азербайджан, Латвия). В планах советских либералов было использовать Дина Рида в своих целях - как мостик между ними и американскими либералами, которые стояли на пороге своей радикализации в связи с войной во Вьетнаме.
Симптоматично, что Дина Рида пригласили почтить своим присутствием именно спектакль по книге его земляка и однофамильца Джона Рида - друга советских большевиков-ленинцев, который тоже играл роль своеобразного моста в контактах Кремля с компартией США (Джон в 1919 году был одним из ее организаторов). Однако спустя год Рид внезапно скончался.
О том, какое впечатление произвел на таганковцев Дин Рид оставил воспоминания своем дневнике Валерий Золотухин: «Дин пел. Хорошо, но не более. Чего-то ему не хватало. Самобытности, либо голоса. В общем, Высоцкий успех имел больший. Дин сказал: "Режиссер и артисты, совершенно очевидно, люди гениальные". Вообще, он прекрасный парень».
[К сожалению, в цитату вкралась ошибка. В оригинале отрывок из дневника В.Золотухина выглядит так: «Я: "Не буду теперь ни с кем здороваться". Пел хорошо, но не более. Чего-то мне (подчеркнуто нами – прим. ред.) не хватало. Самобытности либо голоса. В общем, ВВ успех имел бо'льший». Золотухин пишет о себе. См. http://www.dean-reed.ru/misc.html – Прим. ред. сайта.]
Еще более нелицеприятно выразится по поводу американского гостя другой очевидец - друг и автор «Таганки» писатель и публицист Юрий Карякин. Цитирую:
«Помню, в "Таганку" пригласили одного знаменитого певца-гитариста с Запада. Лично мне он давно был почему-то несимпатичен. Но играл и пел он по-своему виртуозно. Только за душу никогда не брал (и дело, думаю, не в языке). Так случилось и на этот раз (наверху, в старом здании). Он выступил. Были аплодисменты. Было все, как положено. Потом пел Высоцкий. Он не так владел гитарой, как тот. И если бы они оба сдавали конкурсный экзамен на "чистый голос", то, боюсь, вряд ли выиграл бы Владимир. Но там была великолепная фальшивая позолота. Было отработанное заигрывание с публикой. Готовая телевизионно-манекенная улыбка (надевалась и снималась, как галстук-бабочка). А здесь ничего как будто, кроме разряда правды от души к душам. Золото было настоящим - мощный кусок из мощного рудника. Сказались, конечно, у него и азарт, и задор состязания. Но когда он закончил и всем все стало ясно, он вдруг смущенно и мягко улыбнулся, будто извиняясь за свою слишком очевидную победу. И чудилась за этой улыбкой не обидная даже и для соперника мысль: "Ну, что ты, братец, приуныл? Сам виноват. У нас тут дело идет (как всегда, впрочем) о жизни и смерти - и без всякой страховки, а ты нам фокусы свои привез показывать..."».
В этом тексте обратим внимание на фразу о том, что Рид был давно несимпатичен автору. Здесь явная неправда, поскольку о существовании Дина Рида подавляющая часть советских людей узнала именно в этот его приезд, в 66-м, так как посещение им СССР годичной давности в наших СМИ почти не освещалось. Здесь, судя по всему, Карякин оперирует более поздними своими антипатиями, которые советские либералы стали испытывать к Дину Риду в 70-е годы, когда он стал частым гостем в СССР и когда здешние СМИ стали освещать его визиты с регулярной периодичностью. Эти антипатии были закономерны: «Таганка» к тому времени превратится по сути в антисоветский театр, а Дин Рид станет союзником советских государственников и этой своей позиции останется верен до конца.
Что касается сравнений творческих потенциалов Высоцкого и Рида, то и здесь подход некорректный. Все-таки это несколько разные гитарные песни. Если Высоцкий был полностью социальным певцом, то Рид - больше эстрадным. Впрочем, многие советские либералы не признавали за Ридом и его протестную половину, считая ее, как Карякин, фальшивой (им казалось, что он критикует свою родину исключительно ради того, чтобы понравиться Кремлю). Хотя имелись на этот счет и другие мнения. Например, известный певец Марк Бернес в газете «Вечерняя Москва» (номер от 8 октября 1966 года) так отозвался о творчестве американского певца, посетив перед этим его концерт:
«Я уверен, что замечательного революционного певца Дина Рида полюбят советские слушатели и он станет нашим другом на долгие годы. И это потому, что его сердце так же искренне и чисто, как выразителен и задушевен его артистический голос. Я с удовольствием пойду еще раз слушать Рида».

Между тем практически все советские газеты в те дни 78-го были полны материалами о лучшем друге Советского Союзе певце и киноартисте Дине Риде. Дело в том, что в конце октября тот приехал на свою родину, в США (Дин Рид жил в ГДР, но американское гражданство сохранял), чтобы показать там свой последний фильм – «Эль Кантор» («Певец»), посвященный памяти чилийского певца Виктора Хары, зверски замученного пиночетовской хунтой сразу после сентябрьского переворота в 1973 году. Главную роль в фильме играл сам Дин Рид. Демонстрация картины состоялась 29 октября в стенах Миннесотского университета, куда актер приехал по приглашению студентов.
После показа фильма Дин Рид принял участие в демонстрации фермеров в городке Делано, чем навлек на себя гнев тамошних властей. В числе двух десятков демонстрантов его арестовали за «нарушение общественного порядка» и бросили в кутузку. В Советском Союзе этот арест люди расценили как личное оскорбление, поскольку Дина Рида здесь хорошо знали, он считался искренним другом нашей страны. Этими чувствами, естественно, не могли не воспользоваться советские власти, которые вот уже два года находились в перманентной конфронтации с администрацией Д. Картера по поводу объявленной им кампании против нарушений прав человека в СССР. В итоге 11 ноября в советских газетах было опубликовано открытое письмо президенту США, с просьбой отпустить певца на свободу. Под этой петицией стояли подписи именитых людей: Майи Плисецкой, Максима Шостаковича, Ильи Ойстраха, Юрия Темирканова, Евгения Нестеренко. Судя по всему, президент это письмо не читал. Но ситуация и без этого «разрулилась» благополучно. 13 ноября Дин Рид предстал перед судом присяжных в округе Райт (штат Миннесота) и был признан невиновным.
Между тем было бы преувеличением сказать, что Дин Рида в СССР любили все без исключения. Тот же Высоцкий его на дух не переносил и если бы с подобной просьбой - поставить свою подпись под письмом в защиту американского борца за мир - обратились к нему, наверняка бы послал обращавшихся куда подальше. По этому поводу приведу воспоминания В.Туманова:
«В один из вечеров мы с Володей приехали к нему домой на Малую Грузинскую, зашли в квартиру, включили телевизор. На экране - обозреватель Юрий Жуков, который всегда это делал примерно так. Из одной кучи писем брал письмо: "А вот гражданка Иванова из колхоза “Светлый путь” пишет...". Потом из другой: "Ей отвечает рабочий Петров...". Володя постоял, посмотрел и говорит:
- Слушай, где этих... выкапывают?! Ты посмотри... ведь все фальшиво, и мерзостью несет! (Заметим, что Ю.Жукова Высоцкий должен был хотя бы шапочно, но знать: он возглавлял общество "СССР - Франция" - головную фирму, филиал которой во Франции возглавляла его жена Марина Влади. - Ф.Р.).
С этого начался разговор о людях, которые нам несимпатичны. Потом он схватил два листа бумаги:
- Давай напишем по сто человек, кто нам неприятен.
Мы разошлись по разным комнатам. Свой список он написал минут за сорок, может быть, за час, когда у меня было еще человек семьдесят. Ходил и торопил меня:
- Скоро ты?.. Скоро ты?..
Процентов 60 или 70 фамилий у нас совпало. Наверно, так получилось от того, что многое было переговорено до этого дня. В списках наших было множество политических деятелей: Сталин, Гитлер, Каддафи, Кастро, Ким Ир Сен... Попал в этот список и Ленин (вспомним, что всего каких-нибудь несколько лет назад, летом 70-го, Высоцкий выразил ему свои симпатии в другой любительской анкете. - Ф.Р.). Попали и люди в какой-то степени случайные, мелькавшие в эти дни на экране. Что интересно, - и у него, и у меня четвертым был Мао Цзедун, а четырнадцатым - Дин Рид...».
Как мы помним, впервые судьба свела Высоцкого и Рида осенью 66-го. Тогда американский певец фактически был в начале своей карьеры борца за мир и, обратив на себя внимание советских властей, был приглашен с первыми гастролями в Советский Союз (они длились два месяца). В ходе их Рид и посетил оплот либеральной фронды - Театр на Таганке, причем не по собственной инициативе, а по воле советской стороны - тех самых либералов (вроде Георгия Арбатова), которые приметили Рида на Всемирном конгрессе мира в Хельсинки (июль 1965-го) и задумали сделать его своеобразным «мостиком» в своих контактах с американскими единомышленниками.
Как мы помним, в тот свой приход в «Таганку» Рид исполнил несколько песен, после чего к микрофону встал Высоцкий. Получилось некое сценическое соперничество, которое позже вылилось уже в соперничество двух разных политических позиций, которое, собственно, и привело к тому, что Высоцкий записал Рида в число своих наиболее принципиальных врагов (14-е место американца в «черном списке» Высоцкого наглядно это подтверждает). Между тем, несмотря на то, что Высоцкий и Рид находились в идеологическом антагонизме, многое в их судьбах было схоже.
Начнем с того, что оба родились в одном году - 1938-м, только в разные месяцы: Высоцкий в январе, а Рид в сентябре. Согласно восточному гороскопу, оба были Тиграми, но Высоцкий - Водолеем, а Рид - Девой. Гороскоп я упомянул не моды ради, а потому, что к его предсказаниям без всякого предубеждения относился наш герой - Высоцкий, который в 1974 году даже написал песню «О знаках Зодиака» (к рекламному фильму «Знаки Зодиака»).

...На свой зодиак человек не роптал -
Да звездам страшна ли опала! -
Он эти созвездия с неба достал,
Оправил он их в драгоценный металл -
И тайна доступною стала.

Согласно гороскопу, Тигры - это вечные бунтари, революционеры. В случае с Высоцким и Ридом мы это видим с наглядной очевидностью.
Идем дальше. Обоим были ближе матери, а с отцами у них было вечное противостояние (как пел Высоцкий: «Много во мне маминого, а отцовское сокрыто...»). Именно в пику своим отцам оба круто изменили свои жизни: Высоцкий бросил учебу в МИСИ и поступил в Школу-студию МХАТ (после этого полгода его отец с ним не разговаривал), а Рид из студентов-метеорологов подался в певцы. Добавим, что оба, по мере взросления, все сильнее не разделяли идейных воззрений своих отцов: Высоцкому была чужда идейная законопослушность Семена Владимировича, его приверженность советским догмам, а Рид категорически не разделял политических воззрений Сирила Рида, члена ультраправой организации «Общество Джона Бэрча».
Между тем совпадения в их биографиях на этом не исчерпываются. В первой половине 60-х Высоцкий проникается либеральными идеями, становится известен своими блатными песнями и поступает в Театр на Таганке. Рид тогда же отправляется в гастрольный тур по Латинской Америке, где подпадает под влияние левых идей, с которых и начинается его карьера борца за мир. С этого же момента берет свои истоки и их будущее идейное расхождение. Если Высоцкий идет по пути либерала-западника, мечтающего о демократических свободах по западному образцу, то Рид наоборот выступает как яростный критик западной демократии (особенно американской).

...Слепит Белый дом штукатуркой вблизи -
От грязных делишек он сам весь в грязи.

Между тем каждый из них пришел к своим воззрениям по-разному. Возьмем Высоцкого. Кем он был в начале 60-х? Мало кому известным певцом и актером, перебивающимся с хлеба на воду. Однако он имел крышу над головой (жил сначала у матери, потом у жены) и работу, которая приносила ему пусть не самый большой, но все же доход (порядка 70-80 рублей в месяц при достаточно низких советских ценах). Учитывая, что его тогдашняя жена (Людмила Абрамова) нигде не работала и у них один за другим родились дети (в 62-м, и 64-м), денег этих катастрофически не хватало (даже с учетом тех начислений, которые Абрамова должна была получать как декретная мать). Однако, как бы то ни было, никто из них, слава богу, не умер и не пошел по миру с протянутой рукой. Но Высоцкий сложившейся ситуацией был крайне недоволен, видимо, считая, что именно существующая власть в стране виновата во многих его невзгодах. Правоту подобных мыслей он черпает в том кругу, в которой вращается - в среде либеральной интеллигенции. Вспомним рассказ жены известного советского эстрадника Павла Леонидова, где она повествует о том, как Высоцкий и ее супруг, втречаясь в их доме, кляли советскую власть на чем свет стоит:
«Приезжал Володя, подвыпивши... Брал гитару и пошло... Они пели про все, и про Советскую власть. Они от этого умирали, наслаждались, а я боялась, что кто-то услышит, дрожала...».
Задумаемся, какие такие ужасы имел несчастье наблюдать Высоцкий в те годы в СССР, чтобы так ненавидеть существующую власть? Может быть, это были бессудные аресты и расстрелы его друзей и родственников? Или массовую нищету, когда по улицам городов и деревень ходят детишки со вздутыми от голода животами? Или толпы безработных, стоявших в очереди за бесплатной похлебкой? Или проституток, вынужденных торговать собой, чтобы не умереть с голода? Может быть, он видел фанерные дома, как в Бразилии, где бедняки жили целыми семьями на протяжении всей своей жизни? Нет, ничего подобного Высоцкий никогда воочию не видел, поскольку не было этого в СССР тех времен. Более того, он жил не в каком-нибудь богом забытом Урюпинске, а в столице огромной страны городе Москве, что позволяло ему вести куда более сытную жизнь, чем жителям того же Урюпинска. Так вот поди ж ты - власть Советскую все равно не любил.

Подымайте руки,
в урны суйте
Бюллетени, даже не читав...
Я не разделяю ваш устав!

Что касается Дина Рида, то он к началу 60-х являет собой полную противоположность Высоцкого: это вполне обеспеченный человек, песни которого издаются на пластинках, а сам он гастролирует как на своей родине, так и за ее пределами. И вот однажды он попадает в Латинскую Америку, и видит именно то, о чем мы вели речь выше: голодных детей с вздутыми животами, безработных с похлебкой, фанерные дома бедняков и много чего еще нелицеприятного. И с этого момента он начинает воспринимать свое благополучие как тяжкое ярмо и совесть его с этого момента становится неспокойной. Он входит в открытый клинч с родным государством, чем по сути ставит крест на своей карьере в шоу-бизнесе.
В 65-м Рид впервые попадает в СССР и снова поражается. До этого он верил американской пропаганде, твердящей своим гражданам о том, что Советский Союз самая несвободная страна в мире, что люди там зачуханные и забитые, а по улицам городов бродят чуть ли не медведи. Однако он видит совершенно противоположное: вполне современные города, добродушных и открытых людей, а медведей - только в зоопарке. Сравнив все это с реалиями Латинской Америки, он становится сторонником советского социализма, поскольку видит в нем строй, который, даже при наличии имеющихся недостатков, является благом для большинства рядовых граждан, обеспечивая им такую жизнь, которая позволяет с уверенностью смотреть в свое будущее.
На основе вышеизложенного, оценивая претензии Высоцкого и Рида к тем режимам, где они жили, невольно ловишь себя на мысли, что у Рида все-таки было больше причин ненавидеть свое правительство. Ведь это в США в 60-е годы убивали президентов и видных общественных деятелей (с 1963 по 1968 год были убиты сразу трое: глава государства Джон Кеннеди, сенатор Роберт Кеннеди и борец за права чернокожего меньшинства Мартен Лютер Кинг), это США нещадно выжимали все соки из соседних регионов (из той же Латинской Америки), обрекая их на нищету, а также ценой невероятного насилия несли другим народам свою «демократию» (как это было во Вьетнаме, где американцы отправили на тот свет почти миллион вьетнамцев).
СССР ничем подобным похвастаться в те же годы не мог: политических деятелей там не убивали, соседние регионы не эксплуатировались, а даже наоборот - Советский Союз вкладывал миллионные средства в развитие как своих союзных республик, так и в социалистические страны. Что касается вторжения в Чехословакию, то с Вьетнамом его сравнивать нельзя: во-первых, это сопредельная и союзная СССР держава, во-вторых - в ходе этой операции погибло чуть больше десятка человек. Вот почему претензии Высоцкого к советскому режиму блекнут на фоне претензий к своему режиму Дина Рида.
В первой половине 1970 года, к 100-летию со дня рождения В. И. Ленина, Высоцкий пишет песню «Переворот в мозгах из края в край...», где представляет СССР в виде Ада:

В Аду решили черти строить рай
Для собственных грядущих поколений...

На тот же год выпадает и начало политической карьеры Дина Рида в СССР: в апреле он участвует в работе московского пленума Всемирного совета мира, посвященного тому же юбилею - 100-летию вождя мирового пролетариата, в Советском Союзе о Риде начинают много писать, выходят в свет сразу четыре миньона с его песнями. В начале следующего года Рид вступает в полемику с Александром Солженицыным: на страницах «Литературной газеты» он обвиняет писателя в том, что тот идеализирует Америку и демонизирует СССР. «Именно Америка, а не Советский Союз превратилась в самое насильственное общество, которое когда-либо знала история человечества, - пишет Рид в своем письме. - Принципы, на которых построено советское общество, здоровы, чисты и справедливы, в то время как принципы, на которых построено наше общество, жестоки, корыстны и несправедливы... Именно Ваша страна стремится делать прогрессивные шаги во имя человечества, и если в чем-то она несовершенна и порою спотыкается, то мы не должны осуждать за эти недостатки всю систему, а должны приветствовать ее за мужество и стремление прокладывать новые пути».
По сути в своем письме Рид спорил не только с точкой зрения Солженицына, но и с воззрениями таких людей, как Высоцкий. Последний это прекрасно понял и, наверняка прочитав это письмо, именно тогда записал Дина Рида в число своих врагов. С точки зрения Высоцкого (и его единомышленников) американец не имел права учить уму-разуму знаменитого писателя сразу по нескольким причинам: во-первых, потому что американец (то есть человек, плохо знающий жизнь в СССР), во-вторых - Солженицын для всех советских инакомыслящих являлся чуть ли не гуру, настоящим героем, поскольку сидел в сталинском ГУЛАГе, а теперь чуть ли не в одиночку открыто бросал вызов советскому руководству, критикуя его за множество недостатков и даже пороков. Но с подобными претензиями по адресу Рида можно поспорить.
Да, он не был советским гражданином и видел жизнь в СССР исключительно как иностранец. Однако за период с 1965 по 1971 год он четырежды побывал в нашей стране. Вроде бы и не так много, но все же это был хоть какой-то опыт. Ведь Солженицын и Высоцкий даже его не имели, поскольку дальше СССР вообще никуда не выезжали, варясь, что называется, в собственном соку. Но это не мешало тому же писателю восторгаться американской демократией на расстоянии. Дин Рид же хорошо знал не только жизнь в США, но и в других странах, достаточно поездив по миру и пожив в той же Латинской Америке, а также и в Европе (с 1966 года он жил сначала в Испании, затем в Италии). На основе этих поездок он и взял на себя смелость сравнивать жизнь в СССР с жизнью в других странах.
1973 год приносит новые совпадения в биографиях Высоцкого и Рида. Первый именно тогда стал выездным - получил право выезжать за пределы родного отечества, поскольку жена его была иностранкой (Марина Влади). Второй покинул Италию и перебрался жить в Восточный блок - в Германскую Демократическую Республику. Там Рид женился на немке Вибке Дорнбах. Кстати, личная жизнь обоих тоже зеркально похожа: у них было по три официальных брака, а также масса побочных любовных приключений. Причем детей тоже было трое: у Высоцкого два сына родились в официальном браке, а дочь в неофициальном, у Рида все наоборот - две дочери в официальных, а сын был рожден вне брака (по слухам - в СССР).
Неприязнь Высоцкого к Риду ширилась и крепла по мере того, как последний все чаще приезжал в СССР не только как артист, но и в качестве борца за мир. Нелюбовь эта зиждилась на той основе, что Высоцкий, как истинный либерал, не мог простить Риду того, что он, будучи иностранцем, вместо того чтобы критиковать СССР и способствовать его реформированию, поддерживает кремлевское руководство, тем самым оттягивая момент начала реформ. А последние в понимании Высоцкого, видимо, должны были напоминать то, что происходило тогда в Западной Европе, где еврокоммунисты объединялись с буржуазными партиями, пытаясь таким образом построить светлое будущее. Вот почему, к примеру, Высоцкий уважал позицию своей жены Марины Влади, которая была еврокоммунисткой (и участвовал в агитационных мероприятиях Французской компартии, за что та, в свою очередь, выпускала его диски), но высмеивал позицию Анджелы Дэвис, поскольку та была членом компартии США - самого верного союзника КПСС. Поэтому не случайно в песне «Жертва телевидения» (1972) Высоцкий намекает, что защищать эту американку могут разве что обитатели «психушки».

...Ну а потом, на Канатчиковой даче,
Где, к сожаленью, навязчивый сервис,
Я и в бреду все смотрел передачи,
Все заступался за Анджелу Дэвис.

В 1977 году Высоцкий оказывается на одном из митингов новых левых в Париже и, потрясенный увиденным, пишет стихотворение «Новые левые...», где его позиция была выражена наиболее емко:

Новые левые - мальчики бравые,
С красными флагами буйной оравою,
Чем вас так манят серпы да молоты?
Может, подкурены вы и подколоты?!
Слушаю полубезумных ораторов:
«Экспроприация экспроприаторов...».
Вижу портреты над клубами пара -
Мао, Дзержинский и Че Гевара...
И не надеюсь, что я переспорю их,
Могу подарить лишь учебник истории.

Кто такие французские «новые левые»? Это противники еврокоммунистов, которые разглядели в их реформизме (смычке с буржуазными партиями) не только предательство, но и будущее поражение коммунистического движения. Отметим, правильно разглядели. Но Высоцкого их радикализм испугал, поскольку он увидел в нем повторение 17-го года, когда большевики-радикалы выбросили за борт истории болтунов-либералов, чем, собственно, и спасли Россию от грядущего распада (пусть и ценой огромных жертв). Высоцкий новой «экспроприации» боится, поскольку ему есть, что терять: ту самую «жизнь красивую на блюде», которую он заполучил, женившись на французской кинозвезде. Поэтому будущее своей страны он связывал с тем путем, который прокладывали еврокоммунисты, а не «новые левые».
С Дином Ридом все было диаметрально наоборот. Он именно «новый левый», который призывает с оружием в руках биться за справедливость, за «коммунистическое завтра». На его знамени нарисованы два человека из того списка, озвученного Высоцким: Дзержинский и Че Гевара. Что касается Мао, то его идеям он поклонялся в конце 60-х, но после того как тот умер (в 76-м) и Китай стал сворачивать на путь капиталистических реформ, китайский социализм Риду уже не импонировал. Поэтому место Мао в графе симпатий Рида занял руководитель Организации Освобождения Палестины Ясир Арафат, который совмещал в себе как умеренного реформиста, так и радикала. Высоцкий к арабам относился с опаской, видимо, считая их нахлебниками (на деньги СССР спонсировалась та же ООП). Вспомним строчки из его песни «На таможне» («В ноябре третьего...»):

...Они (арабы. - Ф.Р.) к нам ездят неспроста -
Задумайтесь об этом!
И возят нашего Христа
На встречу с Магометом...

Уверен, что Арафат занял не последнее место в «списке злодеев» Высоцкого, хотя Туманов его и не упоминает (зато проговаривается про другого ближневосточного лидера - Муамара Каддафи).
Как истинный либерал Высоцкий с большим скепсисом относился к той борьбе за мир, который провозглашал Кремль. В те годы среди либералов была популярна саркастическая присказка по поводу этой борьбы: «Мы будем так бороться за мир, что камня на камне не оставим». Советские либералы считали чуть ли не преступлением расточительство Кремля по отношению к тем же арабским (как и к другим развивающимся) странам, когда им ежегодно давались многомиллионные кредиты (точная их сумма не указывалась, но о том, что это были большие деньги, догадаться было несложно). Та же ситуация складывалась и вокруг гонки вооружений, которую либералы тоже не одобряли: им и здесь казалось, что Кремль тратит слишком много средств на поддержание военного баланса в мире. В своей «Баллада об оружии» (1974) Высоцкий проговаривается, что «блефуют крупно в основном ва-банк большие шишки. И балуются бомбою...». И хотя адресат назван не был, однако расшифровщики «фиг» прекрасно поняли, что речь идет как о западных «шишках», так и о родных советских (поэтому эта баллада, как и большинство других, и не вошла в предназначенный для нее фильм «Бегство мистера Мак-Кинли»).
У Дина Рида тоже были подобного рода песни, но у него всегда адресат фигурировал один – «шишки» из Белого дома:

И люди накинут в конце-то концов
Узду на ракетных твоих жеребцов...

Под последними имелись в виду «жеребцы» Ричарда Никсона.
Конечно, было бы неверно обвинять в гонке вооружений только одну сторону (например, американскую), поскольку она была плодом усилий двух сверхдержав. Но все равно странно, когда советский либерал ненавидит американского борца за мир за то, что тот пытается выставить дураком не его правительство, а свое родное. Вроде бы, радоваться надо. Ан нет - ненавидит. Видимо, считает, что его родина обойдется без добровольных помощников. В истории уже был прецедент подобного подхода и я о нем уже говорил в начале книги - Хазарский каганат. Тамошние либералы (талмудисты) тоже считали, что их правители слишком много средств тратят на армию. В итоге талмудисты добились того, чтобы армия была сокращена со 100 тысяч воинов до 12 тысяч плюс 7 тысяч личной гвардии кагана. Когда кто-то из иностранных дипломатов удивился подобному пацифизму и выразил сожаление - дескать, добром это не кончится - его попросили не вмешиваться (все, как в случае Высоцкий - Рид). Как писал историк Альтшулер:
«Каганат был первым транснациональным концерном рахдонитов. За бесперебойной работой этого грандиозного "предприятия" следили евреи. Эта религиозная община со своим судопроизводством, развитой религиозной этикой обеспечивала через "менеджеров" управление "фирмой". Хазарский каганат, пытаясь избежать вооруженных конфликтов в своем многонациональном царстве, демилитаризовал население. Такая политика, безусловно, снижала опасность военных конфликтов внутри страны, но делала каганат уязвимым от внешней агрессии...».
Короче, когда эта агрессия случилась, Хазарский каганат пал вместе со своей малочисленной армией и личной гвардией кагана. Та же история случится и у нас, когда на смену таким борцам за мир как Дин Рид придут американцы другого пошиба – «певцы перестройки» вроде Владимира Познера (отметим - еврея). И Советский Союз прекратит свое существование.

Но вернемся в конец 70-х.
В СССР Дина Рида поначалу поддерживали разные силы (как либералы, так и державники), но с 70-х эту миссию в основном взяли на себя деятели «русской партии» из высшего состава ЦК ВЛКСМ: Евгений Тяжельников (руководитель всесоюзного комсомола в 1968-1977) и Борис Пастухов (1977-1982). Когда Тяжельников пошел на повышение и пересел из комсомольского кресла в цэковское - стал заведующим отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС, он продолжил свое покровительство над Ридом, всячески пропагандируя его деятельность в советских СМИ (та же кампания в поддержку Рида, которая случилась осенью 78-го, была делом рук именно Тяжельникова). В то же время он делал все от него зависящее, чтобы пресекать любую возможность подобного пиара в отношении Высоцкого. Тот об этом также не заблуждался, что, естественно, только усиливало его неприязнь как к Тяжельникову, так и к его подопечному - Дину Риду.
Между тем Высоцкий и Рид занимали почти одинаковое место в той тайной войне, которую Кремль вел с Западом. Оба они являлись крупными козырями в этом противостоянии, только первому отводилась роль внутреннего диссидента, а второму - внешнего. Посредством Высоцкого Кремль доказывал Западу, что в СССР есть демократия, посредством Дина Рида - что в Америке с этим делом дела обстоят значительно хуже. И в подобном подходе была своя доля истины. Ведь в то время, как диссидент Высоцкий жил и работал в СССР, давая концерты в многотысячных Дворцах спорта, диссидент Рид такой возможности у себя на родине не имел. И хотя американского гражданства родное правительство его не лишило, однако пропагандировать свои идеи в США посредством творчества он не мог. По сути Рид был персоной нон грата в родной Америке. Что в общем-то закономерно, учитывая отрицательное отношение к нему как правительственных кругов, так и еврейского лобби в США, которое не могло простить ему дружбы с представителями «русской партии», а также с Я. Арафатом.
Совсем иначе обстояло дело с Высоцким: его поддерживал как официальный Вашингтон, так и еврейское лобби, причем последнее даже сильнее (благодаря чему и будут организованы гастроли певца в США в 1979 году). Отметим, что большим ценителем Высоцкого с точки зрения его полезности для американских интересов был его земляк - польский еврей Збигнев Бжезинский, занимавший в администрации Картера пост помощника президента по национальной безопасности. Когда в октябре 78-го, во многом благодаря его стараниям, новым Папой Римским станет поляк Кароль Войтыла, в антисоветских кругах возникнет шутка о «польско-еврейском триумвирате»: в Вашингтоне - Бжезинский, в Ватикане - Войтыла, в Москве - Высоцкий.
Возвращаясь к вопросу «Высоцкий – Рид», отметим, что, несмотря на то, что оба проходили по категории борцов (один боролся с брежневским «застоем», другой - за мир во всем мире), однако методы борьбы у каждого были свои. Если Высоцкий делал это исключительно мирным путем - со сцены, то Рид слыл настоящим радикалом, не боявшимся идти в самую гущу мирового противостояния. Собственно, поэтому он пять раз сидел в тюрьмах разных стран, с «калашом» в руках оказывался в «горячих точках» планеты вроде Ливана или Никарагуа, с риском для жизни пробирался в пиночетовские Чили. Это ни в коем случае не значит, что один был трусом, а второй героем, но все же о чем-то, но говорит.
Удивительно, но Высоцкий, который во многих своих песнях воспевал человеческий героизм, к проявлению его со стороны Рида относился отрицательно. Видимо, потому что не разделял конечных целей этого героизма. В итоге он посвящал свои песни «кабинетным борцам» вроде Булата Окуджавы, а подвиги Дина Рида, неоднократно рисковавшего жизнью, отрицал. Сразу несколько песен Высоцкий посвятил тому же Вадиму Туманову (как мы помним, такому же ненавистнику Дина Рида, как и он сам), который чудеса героизма проявлял в далекой молодости - сидел в ГУЛАГе и совершил несколько попыток побега оттуда - но в зрелом возрасте превратился в преуспевающего советского золотопромышленника с ежемесячным окладом в 4 тысячи полновесных советских рублей (против 150 рублей зарплаты рядового инженера).
Вообще если взглянуть на творчество Высоцкого и Рида, можно обратить внимание на то, что у первого оно очень часто окрашено в мрачные тона (например, много стихов о смерти), у второго наоборот - в основном превалируют романтические настроения. Все это было не случайно, а являлось следствием фундаментальных различий в характерах обоих: Высоцкий по своему человеческому типу был «несчастным», Рид – «счастливым». И хотя судьбы обоих сложились трагически (еще одно общее совпадение), однако к своим трагедиям они шли по-разному, и одновременно одинаково.
 

 

Предлагаем вашему вниманию главу из книги Екатерины Шевелевой «Улыбнется ли Бентен?», посвященную Дину Риду. (Издательство «Искусство», Москва, 1969 г.)

В Токио есть небольшое кафе, на стене которого изображена Бентен – покровительница искусств в японской мифологии. Здесь обычно собираются писатели, режиссеры, артисты. У Бентен грустное лицо и лютня в руках. И хотя я видела изображение японской богини искусств только в Токио, она известна далеко за пределами своей страны. О Бентен вспоминают, когда речь заходит о роли искусства в современном мире, о долге подлинных мастеров искусств перед человечеством.
Герои книги «Улыбнется ли Бентен?» - артисты и художники разных стран, различной творческой одаренности, разного возраста, но всех их связывает стремление к упрочению мира на земле. Одни из них уже влились в ряды широкого, многогранного международного движения борьбы за мир, другие – еще только ищут к нему пути. Но ведь прав Бернард Шоу: «Там, где нет воли, нет и пути». Мне кажется, что воля у большинства моих героев есть.
Моим товарищам, участникам движения сторонников мира, общественным и государственным деятелям, посвящаю эту книгу.

Екатерина Шевелева

Дин Рид

Почти провал

...Удивительно, непостижимо, но я чувствую, что сегодня - почти провал! Да, конечно, аплодируют, бросают на сцену записки - просьбы исполнить «Элизабет», «Негритянскую обрядовую», «Песню сыну», но нет такого безудержного восторга, нет тех бурных оваций, которые потрясают стены во всех концертных залах, где выступает Дин Рид.
Я перевожу ему записки и перевожу залу реплики, замечания, шутки, объяснения артиста. Как член Советского комитета защиты мира, я представила моим коллегам, работникам Агентства печати «Новости», Дина Рида, живущего в Италии популярного певца и киноартиста, американца по рождению, участника движения сторонников мира; рассказала, что он снимался с Лолитой Торрес в фильме «Новые ритмы, давние годы», что фильм «Лето Гвадалахары» с участием Дина в главной роли получил первую премию на кинофестивале в Акапулько, что Дин Рид продолжает активно работать в кино, причем сам пишет сценарии для своих кинофильмов, что пластинки с его песнями мгновенно раскупаются во многих странах, в том числе в Советском Союзе...
Представила артиста, осталась на сцене уже в качестве переводчика, и вот разделяю с Дином провал, да, почти провал его выступления.
Еще не понимаю, в чем дело. В голову приходят, как бывает иной раз, когда стоишь в растерянности на сцене, сверхнелепые соображения: надо было нам посадить в первые ряды самых хорошеньких сотрудниц агентства. И особенно тех энтузиасток, что часа за два до начала концерта уже дежурил в соседних с этим залом коридорах, дабы успеть взять у Дина автограф. Вот одна из них. Красива. Но... синеглазая блондинка! Господи! Как это я раньше не замечала, что у нас в АПН хорошеньких блондинок гораздо больше, чем брюнеток! А ведь известно, что полюбившая Дина Рида юная американка сочла нужным использовать технические достижения современности и превратиться из золотоволосой синеглазой красавицы в темноволосую и темноглазую...
Может быть, Дин сорвал голос? Может быть, микрофон плохо работает? Не летит песня - и все тут!
А за стенами зала, в комнатах различных редакций АПН – подшивки зарубежных газет и журналов с какими «шапками»!
Газеты 1965 года: «Дин Рид хочет мира», «Двадцатисемилетний Дин Рид не боится рисковать своей карьерой, выступая против правительства Джонсона», «Дин Рид открывает Новый Свет - его интересует Восточная Европа», «Дин едет на конгресс сторонников мира в Хельсинки».
Газеты 1966 года: «Дом Дина Рида в Буэнос-Айресе обстрелян из пулемета», «Милитаристы угрожают Дину», «Дин - против эскалации войны во Вьетнаме», «Более 25 тысяч поклонников провожали Дина Рида на сессию сторонников мира в Женеву».
Газеты 1967 года: «Дина Рида осаждает русская молодежь», «Дин Рид - у афиш на русском языке возле театра, где он выступал», «Дин Рид - в типичной русской шапке», «Русские бурно аплодируют Дину Риду».
В репортаже «Дина Рида осаждает русская молодежь» Фуэнтес Гийо, испанский журналист, писал после первых. гастрольных концертов артиста в СССР весной 1967 года:
«Он возвращается из России. Он счастлив и доволен, как большой ребенок, добившийся нового успеха. Он – американский певец Дин Рид.
- Это было самым крупным событием в моей жизни.
У него светлые волосы, он высокий и худощавый. Он немного трусил, отправляясь в СССР: ведь он первый исполнитель современных американских песен, которому предстояло выступить перед русскими.
- Два месяца я пробыл в Москве и в семи других крупных городах. Всего я дал 39 полуторачасовых концертов. Чувствую себя усталым, но довольным».
Итальянская журналистка Лаура де Карлини рассказывала о Дине Риде в статье «Два месяца в театрах и концертных залах СССР»:
«Дин говорит, что до сих пор, когда он вспоминает об этой поездке, в его ушах гремят бурные, долго не смолкающие аплодисменты, которыми каждый вечер кончались его концерты: два с половиной часа с очень коротким, всего 15 минут, перерывом, и все песни, песни и еще раз песни. Чудесные дни, прекрасные города, в которых он побывал,- Ленинград, Москва, Таллин, Ташкент, Самарканд, Тбилиси, Баку, Одесса, Киев».
Да. А сегодня - почти провал!
Смотрю со сцены на переполненный апээновский зал, в который умудрились пройти не только наши апээновцы, но и их приятели и приятельницы, и, когда Дин закончил пятую или шестую песню, тихо подсказываю ему: «Расскажите о ваших неприятностях из-за Валентины, может быть, зал улыбнется!»
Многие буржуазные газеты публикуют о Дине Риде лишь самое сенсационное. Утверждают, например, что у него масса неприятностей из-за поклонниц и поклонников, особенно из-за поклонниц. И действительно, во время гастролей в Чили певца охранял от любителей автографов отряд из пятидесяти восьми полицейских!
Но самая большая неприятность, как писали буржуазные газеты, случилась с Дином Ридом не из-за женщины, а из-за нескольких снимков этой женщины. Именно из-за них дом артиста в Буэнос-Айресе был трижды под пулеметным огнем. Он получил десятки писем, авторы которых угрожали убить его самого и похитить его жену Патрицию.
Телевизионная компания в Буэнос-Айресе, где Рид вел передачи несколько раз в месяц, получила предупреждение, что студия будет взорвана, если компания не расторгнет контракт с артистом. Точно такие же угрозы были адресованы радиостудии в Буэнос-Айресе и редакциям тех аргентинских газет и журналов, которые публиковали статьи об артисте.
И поводом к этой кампании послужили всего лишь несколько фотографий женщины и коротенький фильм о ней, снятый Дином Ридом во время его пребывания в Хельсинки, где эта женщина была в составе советской делегации на Всемирном конгрессе сторонников мира.
Кто же эта женщина? Космонавт Валентина Терешкова.
Дин Рид сфотографировал ее, взял у нее интервью и сделал коротенький документальный фильм о ней.
Вернувшись в Буэнос-Айрес, он показал фотографии Терешковой и свой фильм во время своей еженедельной телевизионной передачи.
На другой же день артиста вызвал на допрос начальник международного отдела полицейского департамента:
- Как вы провезли эти снимки?
- В портфеле!
- Мы никогда не показывали и не будем показывать таких фильмов в Аргентине!
Что касается последней реплики полицейского, то, видимо, история покажет, будут ли аргентинцы демонстрировать фильмы, подобные тому, какой сделал Дин Рид!
Я знаю, что иногда, в концертах, в интервалах между песнями, Дин очень хлестко рассказывает о полицейской тупости, о фанатиках-антикоммунистах, и порой в рассказах артиста даже пулеметные очереди и дикие угрозы выглядят как забавные эпизоды.
«Я хочу понять вашу страну!» - говорит известный американский артист Дин Рид.
Но сегодня в Агентстве печати «Новости» Дин Рид необычно строг, торжествен. Снова и снова он говорит о своих убеждениях:
- Искусство - величайшая сила на земле, способная помочь установлению прочного мира. Страх порождается незнанием и в свою очередь порождает ненависть, а ненависть порождает войны. Артист, завоевавший известность, обязан выступать как посредник между людьми. Большим артистом может стать только хороший человек. Степень веры человека в добро и справедливость определяет его достоинство как артиста!
И вдруг я вижу, что Дин Рид нашел «стартовые площадки» для слова и для песни в этом зале, напоминающем то ли оранжерею, то ли галерею мраморных скульптур словом, нечто красивое, но довольно прохладное. Одна за другой появляются «стартовые площадки» или, скажем, «островки внимания»; появляется желание не только послушать песни артиста, но и узнать его взгляды.
Дин наконец нашел слушателей-собеседников! Их не очень много в зале, но уже все ясней и ясней, что Дин приехал сюда прежде всего ради встречи с ними. Встречи, в которой песня запевается лишь тогда, когда этого потребует логика рассуждения, беседы, спора.
«Песня должна рождаться в сердце, в душе, а не только в горле!» - говорит Дин.
Его личное сострадание к мирным жителям Вьетнама, гибнущим под американскими бомбами, его личное чувство гражданской ответственности за политику, проводимую от имени американского народа, рассказы брата, Вернона Рида, прошедшего службу в парашютных войсках американской армии, протест тысяч американцев против агрессии США во Вьетнаме стали своего рода компонентами, слагаемыми одной из известных песен Дина Рида:

Что же, опять барабаны бьют?
А солдаты? Опять поют?
И опять на земле война?
Да! Опять ты идешь умирать,
И опять причитает мать,
И опять на земле война!
И политики врут опить,
Чтоб оружье ловчей скупать,
Чтобы шла по земле война.
Проповедники говорят,
Что лишь в рай попадет солдат,
А покуда идет война.
Вам хочу я сказать, друзья,
Что решать за других нельзя!
У Вьетнама – право решить,

Как построить свой дом, как жить.
Мы незвано ворвались в дом,
И уйти обязаны мы.
И тогда лишь утихнет гром,
Лишь тогда воцарится мир!

В антракте повторяется сцена, описанная несколько месяцев тому назад испанским журналистом: Дина буквально осаждает молодежь, наши принарядившиеся для сегодняшнего концерта девушки, которые только что явно томились в ожидании обычной «дин-ридовской» программы. Сейчас они снова просят у артиста автографы и заказывают песни на второе отделение.
Переводчица Дина Рида, которую я сегодня волей-неволей заменила, - образец выдержки. Эта девушка с высоким лбом и наблюдающими глазами умудряется почти не­рерывно любезно улыбаться. Мне это совершенно не удается.
- Девчата! - ору я. - Вы лучше участвовали бы в разговоре, когда вас на это вытягивал Дин, а не сидели бы, как статуи! Вот увидите, никаких этих эстрадных он петь не будет! Он приехал на серьезную встречу!
Но второе отделение Дин, наоборот, начинает с эстрадных песенок. А потом уже рассказывает о своей юности, о том, как работал на ипподроме, чистил лошадей и убирал конюшни по вечерам в субботние и воскресные дни, а летом - ежедневно, чтобы заработать ничтожную сумму - двенадцать центов в час. Рассказывает и поет о девушке, дочери хозяина ипподрома, которой отец прочил богатого жениха.
Дин рассказывает о своей жене Патриции, о том, как она из застенчивой молодой женщины стала смелой участницей демонстраций и «маршей мира». Рассказывает и поет свою, посвященную Патриции песню, которая с успехом прошла на международном конкурсе молодых певцов в Италии в 1967 году:

Наша любовь высока, словно горы,
Наша любовь глубока, словно море,
Наша любовь - жаркий полдень июля,
Наша любовь - вечный жар поцелуя!

И как поет Дин! Еще более, чем в обычных его концертах, в которых я много раз бывала, так называемые эстрадные песни с их вообще-то не очень глубокими текстами и музыкой обогащены ярким темпераментом и всеми душевными запасами артиста. Каждая песня - лишь повод открыть людям свою душу и сердце. Напомнить образованным молодым специалистам, что есть на свете их сверстники, пробивающиеся к университетским дипломам сквозь джунгли подсобных грошовых заработков. Напомнить принаряженным девушкам, что важнее всего на свете настоящая любовь. Ее надо суметь разыскать в пестром ворохе повседневных мелочей - от легких автографов до легких встреч!
В какую-то секунду я взглянула на руки артиста и чуть не вскрикнула от испуга: правая рука Дина была сплошь окровавлена! Не готовился к обычному концерту: забыл надеть наконечники гитариста на фаланги пальцев! Еще минута, и зал увидит эту разодранную струнами гитары руку.
- Надо заканчивать! - шепотом настаиваю я без всяких вежливых интонаций. И публике: - Товарищи! Дин Рид сегодня больше петь не может!
Голос из зала:
- Еще только одну!
И неистовые аплодисменты.
Ах, ну это уже хорошо знакомо. Каждый раз было так. Давно закрылся занавес, программа концерта, что называется, перевыполнена начти вдвое, погашен свет, а зал Московского театра эстрады все еще полон, зрители продолжают аплодировать, без конца требуют Дина Рида на сцену.
В машине на обратном пути в гостиницу я говорю сердито:
- Вы, насколько я понимаю, не собирались давать в АПН обычный концерт. И наконечники для пальцев оставили в гостинице. Не понимаю, зачем вам снова понадобился легкий успех, когда вы уже нашли в зале серьезных слушателей-собеседников.
- Не понимаете… - произносит Дин Рид хмуро.
Что-то в этом хмуром утверждении и в полном молчании переводчицы Дина - согласна она со мной или нет? – еще более подзадоривает меня.
- Ну да! Ведь вы же сами столько раз объясняли мне вашу проблему, вашу беду: мол, вас принимают не за того, кто вы на самом деле! Принимают просто за смазливого, способного юношу, «шугар-бой» («конфетный мальчик»). А для вас, мол, внешность ваша и талант ваш - лишь средство повести за собой людей. И вот сегодня, когда вы уже доказали серьезным людям вашу серьезность, вы тут же снова стали адресовать ваши песни самой обычной публике, которая считает вас «шугар-боем». Зачем вы потратили на это еще полтора часа и даже руку себе изрезали? Где ваша проблема?
Дин молчит. Потом холодно и жестко:
- Да, моя проблема в том, чтобы дать человеку больше, чем он рассчитывал у меня получить. А проблема некоторых журналистов сложнее: увидеть человека. Не людей вообще, не абстракцию, а обыкновенного человека. Я считаю, что буквально каждый человек интересен!
Я согласна с Дином. Но все-таки мы сдержанно прощаемся возле гостиницы.
...Может быть, Дин Рид пришел в движение сторонников мира, осознав и ответственность искусства за судьбы человечества, и смертельную опасность, которую несет концепции «людей неинтересных в мире нет» еще даже не война, а простая гонка вооружения!

«Прокси» от Эренбурга

- У меня «прокси» от Эренбурга! И Александр Корнейчук, глава нашей делегации, согласен! - сказала я Дину Риду (еще не зная, что он - Дин Рид) в 1965 году на Всемирном конгрессе сторонников мира в Хельсинки.
А Дин Рид тогда еще не знал, кто такие Александр Корнейчук, Николай Тихонов, Борис Полевой, Евгений Федоров, Илья Эренбург. Мне потом рассказывали, как удивился Дин Рид, узнав, что в составе советской делегации кроме прославленной Валентины Терешковой – знаменитый доктор физических наук астроном Алла Масевич, которую в разных странах мира называют «первой гражданкой Луны». Прозвище это родилось еще в 1957 году, в дни запуска первого советского спутника. Испанские астрономы вручили тогда Алле Масевич - молоденькой женщине со сдержанными движениями и огромными взволнованными глазами - забавный документ: объемный зеленый «Паспорт № 1». Для отправки на Луну и пребывания там. О лунном «паспорте» Аллы Масевич и о ней самой писала чуть ли не вся мировая пресса.
На конгрессе в Хельсинки я, как член советской делегации, была в Комиссии по установлению атмосферы доверия, взаимопонимания и сотрудничества. Илья Эренбург был в президиуме этой комиссии - от советской делегации.
После одной из острейших схваток с закоренелыми догматиками Эренбург почувствовал себя неважно. Болеть Илья Григорьевич просто-напросто не умел, однако ему пришлось остаться в гостинице и дать мне «прокси».
Для меня это было великое событие. Тяжкая почетная ноша, неожиданно взваленная мне на плечи. Груз чужой славы, многогранного таланта, героического опыта, большой жизни ...
Как мне выступать? О чем говорить?
- Попробуй подойти к Александру Корнейчуку или к Алексею Степановичу! - сочувственно посоветовал политический обозреватель АПН Вадим Ардатовский.
Да, именно «попробуй»! Температуру споров и дискуссий на конгрессе можно было определить по степени плотности окружения, в котором оказывались Корнейчук и разделявший с ним руководство делегацией общественный деятель, член Всемирного Совета Мира, талантливый публицист и пропагандист Алексей Беляков, которого все называли просто Алексей Степанович.
На этот раз Алексей Беляков писал что-то за столом нашей делегации в зале заседания одной из комиссий. Здесь было шумно. Первый утренний перерыв. Bокруг Белякова - уважительная тишина, но он, по-моему, не обращает внимания ни на шум, ни на тишину. Стопка исписанных листков. Странная привычка - пишет на разрезанных четвертушках страницы при таком размашистом почерке!
Рядом с Беляковым - наш митрополит, тоже член советской делегации. Когда Алексей Степанович поднимает отсутствующий взгляд на митрополита, тот подкладывает ему чистую четвертушку листа и принимается разрезать следующий лист. Не смиренно, как положено в церкви, а с полным достоинством. Обаяние таланта всесильно. Иммунитета от него нет - ни церковного, ни какого-либо другого. Я поймала себя на безусловной готовности делать то же самое, что в данном случае делал митрополит, - помогать Алексею Белякову работать над выступлением хотя бы тем, что разрезать большие страницы на четвертушки… Но у меня - «прокси» от Эренбурга!
Кинулась разыскивать ответственного секретаря Советского Комитета защиты мира, писателя Михаила Котова. Именно разыскивать!
В столицу Финляндии на Всемирный конгресс сторон­ников мира съехалось около полутора тысяч участников из девяноста восьми стран. В огромном здании Дома Культуры - пестрый людской водоворот. Леопардовые шапки, рубашки, разрисованные известным всему миру африканским словом «ухуру» - «свобода», замысловатые тюрбаны, похожие на гигантские розы...
- Миша, - схватила я за руку Котова, который оказался между делегаткой в индийском сари и делегатом в малиновой феске и в зеленоватом сюртуке, надетом поверх «галатеи» - египетского национального мужского одеяния, похожего на белый балахон. - Михаил Иванович! У меня «прокси» от Эренбурга! Он заболел... Что мне говорить-то?
- Почему же вы не знаете, что говорить, товарищ Шевелева?!
Когда Михаила Котова что-либо удивляет или возмущает, он начинает называть по фамилии и на «вы» даже давних друзей...
- Почему вы не знаете что говорить?! Подойдите вон к тому окошечку и так и скажите: советская делегация просит срочно послать доктора к Илье Эренбургу в гостиницу... Хотя, ладно! Иди на свою комиссию, я сам займусь доктором и сам поеду к Эренбургу!
Бывший фронтовик, не раз глядевший в глаза смерти, :Михаил Котов вынес с поля боя не только выдержку и способность к напряженнейшей работе, по и умение самоотверженно заслонить человека от опасности. Не помню такого случая, чтобы Котов отказал в помощи человеку, попавшему в беду. Но про свое «прокси» я больше заговаривать с Котовым не стала, поскольку эти мои переживания явно не относились к разряду бед.
Так и случилось, что, заняв наконец свое место в зале заседания комиссии «по установлению атмосферы доверия», я, запинаясь от волнения, сказала соседу, молодому человеку с густой золотой прядью волос, падающей на лоб, с зеленовато-синими глазами, оттененными густыми ресни­цами:
- У меня «прокси» от Эренбурга!
А потом мне пришлось растолковать соседу, что в советскую делегацию входят видные писатели, в том числе Илья Эренбург, видные ученые, в том числе Алла Масевич, Ольга Туганова, Григорий Морозов, Евгений Федоров, известные журналисты ...
Молодой человек улыбнулся. Чуть-чуть смущенная улыбка. Да, к сожалению, он еще многого не знает. Но улыбка исчезла - будет знать! Он - впервые на таком конгрессе. Но теперь он будет приезжать на такие конгрессы! Он никогда не учился всерьез: сначала ушел от отца и матери, потом оставил родину. Почему? Разные причины, в том числе политические. Да, он - американец...
- А наша комиссия называется «по установлению атмосферы доверия, взаимопонимания и сотрудничества», - сказала я, думая о том, как иной раз трудно установить такую атмосферу не на планете, а в несравненно более скромных масштабах. В одном небольшом доме. В одной маленькой семье. Хотя бы американской.
В самом деле, все чаще политические бури разражаются не только в дипломатических «лобби» Вашингтона, не только под сводами Капитолия или в стеклянных коридорах гигантской коробки ООН в Нью-Йорке. Политические бури потрясают Соединенные Штаты до их сердцевины - до каждого домашнего очага.
Может быть, мне начать свое выступление по «прокси» со слов Антуана де Ceнт-Экзюпери - ведь Эренбург так любит французов! - с известной фразы Экзюпери о том, что ничего нет в мире драгоценнее уз, соединяющих человека с человеком? А потом сказать, что очень многое в современном мире рвет узы, объединяющие людей, разрушает семьи, дружбу, товарищество, многое, начиная с войн и кончая расовыми предрассудками, бюрократическими перегородками, различными условностями. А потом сказать, что комиссия Всемирного конгресса, за работу которой мы отвечаем, призвана утверждать и защищать узы братства, дружбы, товарищества, узы человеческой близости, которая рождается в борьбе за великие идеалы и узы взаимопонимания, возникающие между людьми порой мгновенно...
Наверно, я выступила бы и сказала бы так или примерно так, но не успел Карлтон Гудлетт, издатель и главный редактор калифорнийской газеты «Сан рипортер», занять председательское место и объявить о начале заседания, как в зал вошел Илья Эренбург! Вот уж подлинно умел человек заставить себя быть здоровым!
Речь Эренбурга я записала почти стенографически:
- Наша комиссия, по существу, объединила три. Одна вместо трех… Предлагаю, чтобы главы церкви собрались и поговорили между собой. Они могут обратиться к верующим от имени церкви… Направим нашу дальнейшую работу на то, что нас объединяет, а не на то, что нас разъединяет. Цель - собрать воедино все миролюбивые силы на земле. И это должно быть в резолюции... Я преклоняюсь перед героической борьбой Вьетнама, и - вся наша страна всеми силами поддерживает ее. Но здесь, на конгрессе, есть комиссия по Вьетнаму, которая выработает свои решения. Точно так же с вопросами борьбы за национальную независимость. На конгрессе работает комиссия по национальной независимости. Мы должны подумать о другом. Человечество сейчас - перед угрозой тотальной термоядерной войны. Меня могут упрекнуть в преувеличении роли личности, но движение сторонников мира для меня неотделимо от заветов Жолио-Кюри. Хочу напомнить вам его предостережение. Если вопреки всему произойдет атомная катастрофа, - что будет тогда? Кому мы тогда передадим созданное в течение шести тысяч лет? Опаснее всего иллюзии. Человеку, который только что женился, нашел новую квартиру, трудно себе представить, что он не успеет расставить мебель, как от всего останется пыль ... У некоторых людей, у которых, увы, большая власть, нет ни моральных тормозов, ни элементарных познаний; они воображают, что освобождение атомной энергии - очередное изобретение, нечто вроде парового двигателя или мотора внутреннего сгорания. Я привел вам слова Жолио-Кюри, ученого, который очень хорошо знал, что такое освобождение атомной энергии. Сейчас наша основная цель объединить силы, борющиеся за мир. В Америке растет движение сопротивления политике Джонсона... Существуют на земле миролюбивые силы, которые относятся с опаской к нашему движению. Повторяю, надо искать то, что нас объединяет. Например, поддержка борющегося Вьетнама... Есть французская пословица: «Угольщик - хозяин в своем доме». Так вот, мы - за право угольщиков быть хозяевами в своих домах!
Мой сосед первым зааплодировал Эренбургу, а когда аплодисменты затихли, крикнул с места:
- Мир Вьетнаму!
Поздно вечером в огромном круглом зале Дома культуры состоялся митинг. Выступали делегаты конгресса - известные писатели; деятели искусства, общественные деятели. Требовали прекращения агрессии США во Вьетнаме, предотвращения мировой термоядерной войны. Были в президиуме митинга и те, кто лишь недавно встал в ряды движения борьбы за мир.
Я сидела в пятом ряду зала и сразу же увидела среди членов президиума знакомого мне молодого американца. Он выделялся какой-то тихой застенчивой растерянностью. Или это было сосредоточенное, упрямое желание понять все, что происходит вокруг?
Один из ораторов - его почти никто не знал - стал говорить излишне резко, грубо и, что называется, не по существу. В зале сразу же заспорили. Посыпались и возражения, и одобрения, и протесты.
Председатель, спокойный медлительный финн, безуспешно просил оратора соблюдать регламент. Наконец даже финская выдержка отказала: председатель перепрыгнул через стол и выхватил у оратора микрофон.
Уже не шум в зале, а шквал, ураган. И в этот момент из-за стола президиума встал молодой американец и пошел навстречу бушующему залу, почти к самому краю сцены. Потом выяснилось, что его лицо было хорошо знакомо многим делегатам конгресса - по портретам в газетах и журналах, но афишам, - но его не сразу узнали: слишком необычной была его застенчивая улыбка; на фотографиях эта улыбка была совсем другой - задорной, сияющей и даже самоуверенной.
В руках у молодого человека была гитара. Он сказал, что он - Дин Рид, что его жена ждет ребенка и что он, будущий отец, споет сейчас песню - обращение к сыну.
Это была песня-программа, песня о мире, песня о счастье.

Я хочу, чтоб узнал ты, как кожа людей
Бывает похожей, раз люди в беде,
А в каждой душе - больше света, чем зла,
Хочу, чтобы это ты знал!

Хочу, чтобы знал ты, как войны страшны,
Как матери плачут, когда погибают сыны,
А жизнь - не игра, и эпоха - грозна,
Хочу, чтобы это ты знал!

Хочу, чтоб узнал ты, когда подрастешь,
Как мать и отец ненавидели ложь
И сыну открыто смотрели в глаза,
Хочу, чтобы это ты знал!

Зал затих. Зал слушал. И было совершенно ясно, что человек, который пел эту песню, уже не раз выступал на народных митингах. Было ясно, что этот молодой человек способен повести за собой зал, улицу, площадь!
Секретарь Советского Комитета защиты мира журналист Николай Пастухов потом рассказывал мне, что именно в этот момент он решил поговорить с Николаем Тихоновым и Михаилом Котовым о приглашении Дина Рида в Москву.
Дин еще раз доказал это в Женевe в 1966 году, на сессии Всемирного Совета Мира, что он умеет повести за собой самых различных людей.
Женева славится синим озером, снежным Монбланом, способным превращаться в радугу, когда заходит солнце, славится пышными розами, нарядными отелями, машинами всевозможных фирм и часами знаменитых швейцарских марок. Во всех магазинах тикают часы-кукушки, часы-качели, чaсы-бусы, часы-браслеты. Так и кажется, будто вся Женева отсчитывает минуты и секунды, напряженные дни нашего века, ведет подсчет фактам и событиям.
Кажется, трудно удивить Женеву, привыкшую встречать дипломатов и туристов, Женеву, которую многие называют выставкой капитализма. Но были два момента в перерывах между заседаниями сессии Совета Мира, когда Женевa казалась необычно взволнованной.
Один раз это было так. Подходя к отелю, в котором жила советская делегация, я еще издали увидела на улице довольно много народу и услышала голос, словно из репродуктора, читавший стихи Николая Тихонова. Через несколько секунд я поняла, что читает стихи сам поэт, его голос звучал из открытого окна отеля. Невозможно было поверить, что читает стихи человек, уже убеленный сединами. Молодые сильные строфы летели над улицей, над городом.
А в другой раз на озере зазвучала и широко раскатилась по городу песня о боях во Вьетнаме. Остановились группы туристов на берегу озера, остановились машины, казалось, даже женевские часы перестали тикать. Молодые монашенки с зычными голосами, сопровождавшие куда-то колонну ребятишек, замерли на берегу, прислушиваясь к необычной песне. Пел Дин Рид. Пел о том, что народ Вьетнама победит, что не может не победить народ, который ведет справедливую борьбу.
И в эти минуты Женева была уже не нарядным курортным центром, не выставкой капитализма, а сама как бы стала фронтом борьбы. Той борьбы, которая была начата еще Лениным, писавшим здесь, работавшим здесь.

Что значит быть кумиром

В пятидесятых годах кумиром американской молодежи, как писала тогда международная пресса, был Джеймс Дин, «звезда Голливуда», герой нескольких нашумевших кинофильмов, в том числе кинокартины «Бунтовщик без при чины».
Джеймс Дин трагически погиб в автомобильной катастрофе в 1955 году, когда ему еще не было двадцати четырех лет. Многие американские газеты склонны были считать трагическую смерть Джеймса Дина самоубийством. О молодом киноартисте писали и до сих пор пишут, как о типичном представителе его американских сверстников, уже мятежных, уже восставших, но еще не понимавших тогда ни причин, ни направленности своего бунтарства.
В середине шестидесятых годов популярный калифорнийский журнал «Инсержент» писал: «Трагическая ирония заключается в том, что Джеймс Дин не ДОЖИЛ до возможности увидеть, как мятеж американской молодежи получил направление, влился в живительный поток современных общественных движений».
- Может быть, Дин Рид - такой же типичный представитель американской молодежи шестидесятых годов, каким был в свое время Джеймс Дин? - спрашивает кто-то из моих товарищей по Комитету Защиты Мира.
Нет, пожалуй, не спрашивает, а просто думает вслух. Мы возвращаемся с аэродрома: только что проводили Дина Рида в Италию, где его ожидают съемки.
Перед отъездом Дин Рид, как бы подытоживая свои московские впечатления, сказал, что очень важными были для него беседы с директором научно-исследовательского института по США Юрием Арбатовым и встреча с известным журналистом Михаилом Сагателяном. У Сагателяна я была вместе с Дином. Артист много пел и рассказывал еще не известные нам эпизоды из своей биографии, например о «днях Дина Рида», которые проводились и в США и в Аргентине.
В течение такого «дня» артист должен был предстать перед своими согражданами в совершенно неожиданных «ролях»: принять участие в спортивных соревнованиях по верховой езде, по бегу и по гимнастике, возглавить карнавальное шествие и даже совершить прыжок с парашютом.
Дин рассказывал нам:
- Я уже собирался прыгнуть, но инструктор схватил меня за ремни, закричав, что я опоздал на какую-то секунду и самолет уже не над аэродромом, где собрались зрители. А потом, когда я прыгнул, то почувствовал, как от напряжения мое лицо исказилось. А я должен был спускаться с улыбкой, потому что внизу ожидала телевизионная камера и киноаппаратура.
В довершение всего, когда я уже спускался, оказалось, что стропы парашюта запутались и я спускаюсь не лицом, а спиной к журналистам и кинооператорам. Тогда я стал изо всех сил раскручиваться, стараясь в то же время улыбаться!..
Артист смеялся, рассказывая все это, и, смеясь, объяснил, что ему неплохо заплатили за рекламный «День Дина Рида». Я начала было думать, что в пространном комичном рассказе Дина есть какая-то доля гордости и удовлетворения от воспоминания о роли «кумира», как вдруг артист, став серьезным, закидал Сагателяна вопросами:
- Известно ли вам, что в мире, где я живу, талант очень часто не значит ровно ничего? Нет, хуже, чем ничего! Одаренные люди вызывают у бездарных буквально приступы зависти и злобы. Талант гораздо более раним, чем бездарность, не правда ли? Наверно, способности определяются нервной системой, как вы думаете? А она бывает более восприимчивой, тонкой, разветвленной, и более тупой, ограниченной. И бездарности, злобствующей оттого, что она – бездарность, не трудно оклеветать, унизить, втоптать в грязь талант. Старая истина, верно? Поэтому в мире, где я живу, таланту, который в силу самой своей сущности не очень-то умеет злобствовать, приходится бороться за себя другими средствами. Вот этой рекламой, например. Соглашаться на изобретательную рекламу. Соглашаться на роль «кумира»!
А как у вас в социалистическом обществе, в Советском Союзе? Неужели вы сумели разделаться со всяческой подлостью, злобностью? Ведь мать-природа производит разных людей - талантливых, не очень талантливых и совсем бесталанных, а бездарность завистлива и злобна. Или вот еще такой вопрос: многие ваши артисты награждены орденами, медалями, званиями. Старые артисты и совсем молодые. Но ведь даже к пятидесятилетию Октябрьской революции невозможно же наградить всех, не правда ли? Как чувствуют себя те, кому не досталось ни орденов, ни премий? Я не жду ответов от вас сейчас. Я понимаю, что мне надо приехать к вам на более длительный срок и самому найти ответ на все мои вопросы.
- Вам надо не только это. Вам, пожалуй, надо еще совершить путешествие во времени, лет на пятьдесят назад. Поняв Октябрьскую революцию, дохнув ее воздухом, вы, пожалуй, найдете ответы на ваши вопросы, - сказал Дину Риду хозяин дома.
И мне почему-то показалось, что именно в ответ на эти слова Дин поднял тост за всех своих советских друзей:
Он просил меня передать привет Михаилу Котову, и Борису Полевому, и Юрию Арбатову, и Олесе Бобрышевой, и своим переводчицам Светлане, Марине и Тое, своим заводским друзьям Юлии и Николаю.
И все-таки, и все-таки что сообщат о Дине Риде газеты разных стран в 1969 году? В 1980 году?
Найдет ли молодой артист ответы па свои вопросы? Поймет ли он, что каждому из нас надо принять «прокси» от тех, кого уже нет, «прокси» на продолжение борьбы за справедливость и мир?
Действительно ли Дин Рид открыл для себя новый свет? Если так, то откроет его и для других, потому что, как поет он сам: «Любить - это не брать, а давать!»
Словом, станет ли Дин Рид зрелым артистом и гражданином? Или произойдет некое «раздвоение» его на литературного «героя» и реального человека? Реальный человек куда-то отойдет, где-то затеряется, а в скромной повести останется «Дин Рид» - символ тяготения одаренной молодежи разных стран к великому движению борьбы за мир.
Зимой 1969 года Дин Рид прислал мне свою новую песню «Мы – революционеры»

Мы - революционеры,
Народной массы глыба.
За справедливость и свободу
Мы ведем бои.
Мы победим. Иначе быть не может, ибо
Мы, Революция, сыны твои!

Сегодня мы еще в горах,
А завтра - выйдем на равнины.
И верит друг, и знает враг,
Что мы уже непобедимы.

За нас - крестьянские поля,
3а нас - заводы городские,
И вся красивая Земля
Навстречу нам простор раскинет,

Ибо мы - революционеры,
Народной массы глыба.
За справедливость и свободу
Мы ведем бои,
Мы победим. Иначе быть не может, ибо
Мы, Революция, сыны твои!

 

 

Из книги Андрея Хорошевского
«100 знаменитых символов советской эпохи»

ДИН РИД

«Только благодаря сопровождению 20 милиционеров Дину Риду удалось покинуть зал после первого концерта своего третьего турне по Советскому Союзу. Его пластинки в СССР продаются миллионами. Нет другого американца, который пользовался бы в Советском Союзе бо ? льшим успехом, чем этот американец, бывший ковбой с туристического ранчо в штате Колорадо», – писали западные газеты в 1971 году. То же происходило и в других странах. Дин Рид даже попадал в Книгу Гиннеса как самый охраняемый певец мира. В Буэнос-Айресе шестьдесят полицейских были приставлены к Дину Риду, чтобы горячие латиноамериканские поклонницы не разорвали его на части. Были полицейские и в Чили и Уругвае, но в их сопровождении Дин Рид отправлялся не в свой гостиничный номер, а в ближайший полицейский участок.
Из каждой страны, где Дин выступал на гастролях, он посылал маме в Штаты фотографию, где был запечатлен в окружении полицейских. «Дорогой сынок, – писала мама в ответ. – Очень рада была получить твое фото. Но ты забыл написать: эти копы тебя арестовывают или охраняют?» Дин рассказывал журналистам, что его всегда смешил этот вопрос, хотя тревога матери была вполне понятной. Уж слишком беспокойным был характер у ее сына…
Дин Рид родился 22 сентября 1938 года в пригороде Денвера Уитридже, штат Колорадо. Он был обычным ребенком из американского захолустья, и вряд ли кто-то мог подумать, что этого стеснительного мальчика через пару десятков лет станут называть «товарищ рок-н-роллл» и его имя попадет в «черный» список Америки. Скорее наоборот. Мама Рут-Анна – обычная домохозяйка, ее главным интересом были дела семейной фермы, а политику она старалась обходить стороной. А вот отец, Сирил Дин, придерживался весьма строгого нрава, был активным членом «Общества Джона Бэрча». Общество это, надо сказать, исповедовало крайне правые убеждения. И немудрено, что Сирил Дин пытался вдолбить сыновьям (у Дина было двое братьев – Вернон и Дейл) свои взгляды, иногда используя в качестве аргумента ремень. Так что Дин был типичным американским подростком – учился в школе, ездил верхом, хорошо плавал и больше всего на свете боялся «страшных коммунистов», которые, как считала вся страна, рано или поздно должны напасть на Америку. Когда ему было 12 лет, он впервые взял в руки гитару. Для того же, для чего учатся играть на гитаре 99,9% подростков, – чтобы понравиться девочкам.
После окончания школы Дин Рид поступил в колледж, где изучал метеорологию и надеялся стать ведущим выпусков прогноза погоды. По вечерам он подрабатывал, исполняя свои незамысловатые песни в местном клубе. Но через два года Дин Рид бросил учебу и отправился в Голливуд. Во время этого путешествия он подвез человека, который посоветовал Дину обратиться на студию «Кэпитол Рекордс». Дин послушался совета и в итоге добился возможности выступить перед директором «Кэпитол Рекордс» Войлом Гилмором. Симпатичный и артистичный парень, к тому же обладающий хорошим голосом, заинтересовал Гилмора, и вскоре Дин Рид подписал свой первый контракт на запись диска.
В Голливуде Дин Рид поступил в школу драматического искусства при студии «Уорнер Бразерс». Здесь он познакомился с человеком, который оказал на него настолько большое влияние, что Дин называл его «своим вторым отцом». Пэтон Прайс преподавал актерское мастерство в группе Рида. Дин сблизился с преподавателем и постепенно проникся его взглядами. Прайс был либералом, можно сказать «почти социалистом», что для Америки того времени было достаточно редким явлением. По словам Дина Рида, он на всю жизнь запомнил главный урок, который преподал ему Пэтон Прейс: «Хорошим артистом может стать только хороший человек».
В 1959 году к Дину пришел первый серьезный успех – его песня «Наш летний романс» («Our Summer Romance») попала в американский хит-парад «Топ 50» и заняла высокое место. Очень высокое… Второе. Выше подняться было невозможно, потому что первым был Король…
В это время уже вовсю гремела слава нового идола Америки, которого звали Элвис Аарон Пресли. Вообще, их часто сравнивали и находили много общего в их судьбе, недаром одно из прозвищ, которым пресса наградила Дина Рида, было Красный Элвис. Оба родились в американской глубинке в фермерских семьях, оба в 12 лет научились играть на гитаре, оба случайно попали в поле зрения руководителей студий звукозаписи, и, наконец, Элвис и Дин были, что называется, «симпатягами» и безумно нравились девушкам. Существует даже мнение, что если бы Дин родился немного раньше, то именно он стал бы Королем рок-н-ролла, а Элвису была бы уготована роль его «бледной тени». Однако Дин Рид появился на три года позже…
В чем они резко отличались, так это отношением к политике. Когда, например, Элвиса спросили, что он думает о войне во Вьетнаме (а такие вопросы в Америке задавали каждому известному человеку), он ответил, что его это вовсе не волнует и его дело – петь песни, а не рассуждать о войне, которая идет за тысячи миль от Америки. Осмелимся предположить, что Пресли все-таки имел свое мнение о Вьетнаме. Но решил его не высказывать, и понятно почему. Высказался бы «за» – потерял бы часть своих поклонников, особенно среди молодежи. А «против»… Пример другого Великого был перед глазами. Мохаммеда Али, который резко высказывался против войны, пытались забрать в армию, а когда он демонстративно отказался – едва не упекли в тюрьму и три года не пускали на ринг. Так что лучше благоразумно сделать вид, что война тебя не волнует… А вот Дин Рид молчать не стал, «резал правду-матку» направо и налево. Мало того, однажды принес большой таз к посольству США в Чили и начал стирать в нем американский флаг. «Что вы хотите этим сказать?» – спрашивали его журналисты. «Я хочу смыть кровь тысяч убитых вьетнамцев с флага моей родины», – отвечал Дин…
Но если в Америке Cеверной Дин Рид и близко не сумел подобраться к славе Пресли, то в южной части американского континента Дин быстро стал сверхпопулярным, его славе среди латиноамериканцев мог позавидовать и Элвис, и любой другой певец в мире. Первой страной, которую покорил Дин, была Чили. В 1961 году «Наш летний романс» стал самой популярной песней в этой стране. Видимо, в Дине крепко сидели ковбойские гены и прилагающаяся к ним страсть к перемене мест. Никому ничего не сказав о своих планах, он уехал в Южную Америку. После нескольких концертов в каждом чилийском городе его встречала восторженная толпа: «Вива, Дин! Вива, Дин!» Дальше были Бразилия, Перу, Аргентина – и везде ему сопутствовали неизменный успех и любовь публики. Он стал своим для Южной Америки, а Южная Америка для него – второй родиной. «Южная Америка изменила мою жизнь. Там справедливость и несправедливость, богатство и бедность видны невооруженным глазом, – рассказывал Дин. – Они настолько очевидны, что вы не можете не занять определенной позиции. Я не был ни капиталистом, ни слепцом. Именно там я стал революционером». Да, Дин из обычного певца превратился в трибуна, защищающего бедных и беспощадного к богатым. Его типичный концерт включал песни о любви, за которыми следовала политическая речь, а затем гимн рабочих «Венсеремос!». Это вызывало гнев у всевозможных южно-американских правительств и хунт. Стычки с полицией происходили едва ли не в каждой стране, где он выступал, Рида неоднократно арестовывали, депортировали, ему запрещали въезд.
В Советский Союзе Дин Рид впервые приехал в 1966 году. И буквально сразу же он стал своим, причем и для властей, и для публики. В ходе первого турне по СССР Дин дал концерты в тридцати городах и везде собирал полные залы. Он выступал и в Большом театре, где зрители устроили ему 25-минутную овацию, и просто на улицах, как, например, в Одессе, где на Приморском бульваре он за несколько минут собрал огромную толпу. Советские зрители влюбились в красивого и обаятельного парня, его песни моментально стали шлягерами, которые слушали буквально все. Конечно, популярности Дина Рида способствовала сама необычность ситуации – человек из самого сердца «империалистического логова», американец, и вдруг говорит, что «СССР – это лучшая в мире страна», и искренне восхищается бесплатной медициной, образованием и всеми остальными преимуществами социалистического строя. И даже если простой советский зритель понимал, что на самом деле все не так замечательно, как думает этот улыбчивый американский парень, все равно такая искренность была очень приятна. Но не только этим «брал» Дин Рид. Он действительно пел хорошие песни, обладал прекрасными артистическими данными и, самое главное, буквально за несколько минут после начала концерта умел расположить к себе публику. Все это плюс благоволение власти обеспечило Дину невероятную популярность, с которой в 60-70-е годы могли поспорить очень немногие советские артисты, не говоря уже об иностранцах. Фирма «Мелодия» выпустила несколько миллионов экземпляров пластинок с песнями Рида, а в 1979 году Дин стал единственным американцем, удостоенным премии имени Ленинского комсомола.
Во время своих турне по Советскому Союзу Дин выступал и на лучших концертных площадках страны, и в «медвежьих» углах, где до него вообще не видели ни одного иностранца. Особенно Дину запомнилась его поездка по строящейся Байкало-Амурской магистрали, о которой был снят документальный фильм «Я желаю вам счастья». "Мой соотечественник Джон Рид написал свою знаменитую книгу о России «Десять дней, которые потрясли мир», И хотя я, в отличие от своего однофамильца, не писатель, я бы мог написать небольшую книжку под названием «Девятнадцать дней на БАМе, которые потрясли Дина Рида»". Увидел он, правда, и местную «экзотику», ту, которую, по понятным причинам, власти показывать не стремились. «По трассе БАМа мы ехали в литерном поезде начальника магистрали,– рассказывал в интервью еженедельнику «Аргументы и факты» переводчик Олег Смирнов, постоянно сопровождавший Дина в его поездках по СССР. – Поезд шел медленно – рельсы только положили. Вдруг видим: по тайге человек идет в рваной телогрейке и треухе. Летом! А вокруг на 200 верст никакого жилья. Дин спросил: кто это там? А это, говорят ему, зэк. У него, скорее всего, пожизненный срок. Такие весной убегают, все лето по тайге бегают, а зимой обратно, на зону».
В 1974 году в Петрозаводске, на съемках фильма «Кит и Ко» Дин Рид познакомился с восточно-германской актрисой Ренатой Блюме. После развода с первым мужем Рената не хотела снова обременять себя семейными узами. «Однако, – вспоминала Рената, – романтичный способ ухаживания Дина захватил меня совершенно… Он был полон невероятного внимания. Он всегда делал так, чтобы я понимала, что я – самая замечательная женщина в его жизни. Скоро мне стало ясно: мы принадлежим друг другу, и я еще раз могу решиться на это». В 1981 году Дин и Рената поженились и поселились в небольшом городке Шмеквиц, недалеко от Берлина.
В ГДР Дин стал настоящей суперзвездой – как рассказывали знавшие его люди, стоило ему появиться на улицах Берлина, как тотчас его окружала толпа поклонников. В Германии у него было все – любимая жена, обожавшая его публика, да и в материальном плане у него не было никаких проблем. И все-таки Дин любил Америку и хотел вернуться, если и не навсегда, то хотя бы для того, чтобы совершить турне по стране. Однако как бы встретила его родина, где за ним прочно приклеился ярлык «красного Пресли»? В 1985 году в Денвере на международном фестивале состоялся показ документальной ленты «Американский мятежник», рассказывающей о жизни Дина. Уилл Роберт, режиссер фильма, вспоминал свою первую встречу с Дином: «Это произошло в 1979 году в Москве, во время Международного кинофестиваля. Мы с переводчиком были на Красной площади, когда увидели огромную толпу людей, берущих автографы у какого-то человека. «Кто это?» – спросил я. «Дин Рид», – ответил переводчик. «А кто такой Дин Рид?» – «Вы не знаете? Это же самый знаменитый американец во всем мире». Конечно, для американца Робертса стала откровением такая бешеная популярность его соотечественника, о котором в самих Соединенных Штатах в это время практически ничего не знали. Он заинтересовался Ридом, встретился с ним и вскоре стал его другом. А через шесть лет американцы узнали об «американском мятежнике» Дине Риде, который приехал в Денвер на показ ленты о самом себе. Вскоре на американском телевидении вышла программа «60 минут», в которой Дин дал интервью известному журналисту Майку Уоллесу. Как вспоминал Уилл Робертс, эта программа вызвала больше враждебных откликов, чем какая бы то ни было другая. В письмах зрители нередко называли Рида перебежчиком, предателем и конъюнктурщиком, способным добиться успеха исключительно за «железным занавесом».
Но несмотря на прохладное отношение со стороны соотечественников, Дин, как рассказывали его знакомые, заново «открыл для себя Америку». А когда пришло время уезжать, по нему было видно, что расставание с родиной заставляет разрываться его сердце… «Я замечала, что Дин становится все более недовольным и замкнутым, больше не восхищался Германией, – вспоминала Рената Блюме. – Если он видел утром серое небо, он говорил: «Над Колорадо сейчас синее небо». Если люди были здесь недружелюбны, он вспоминал об улыбчивых людях в его стране. Он охотно уехал бы в Америку. Но я не хотела. Я должна была работать здесь». В начале лета 1986 года Дин наконец-то смог заняться проектом фильма «Кровоточащее сердце», в котором он должен был выступить в качестве режиссера, сценариста и исполнителя главной роли. Вместе с ним в этой ленте должна была играть и Рената Блюме.
12 июня 1986 года финансовый директор картины Геррит Лист прилетел в Берлин из Москвы, где он пытался получить деньги для съемок. Сразу же после прилета Лист позвонил Дину, и они договорились встретиться вечером. Но Дин на встречу так и не приехал…
Утром 17 июня тело Дина Рида было обнаружено в озере Зетнерзее, неподалеку от его дома. Таинственная гибель Рида сразу же стала обрастать слухами и домыслами и явилась объектом многочисленных судебных и журналистских расследований. Расследований, которые вряд ли когда-нибудь дадут ответ на вопрос: «Что же случилось с Дином Ридом?»
При вскрытии в его желудке были найдены частично растворившиеся таблетки снотворного. После чего официальной причиной смерти певца было объявлено самоубийство. Позже появилась версия о несчастном случае. Действительно, Дин в последние год-два до смерти находился в кризисе. «Железный занавес» еще не рухнул, но уже стал понемногу приподниматься, и публика в СССР и ГДР узнала, что рок-н-ролл могут играть, и очень хорошо, и другие музыканты, а не только Дин Рид, а Дин понимал, что очень скоро из суперзвезды, каждый концерт которой собирал полные залы, он может превратиться в никому не нужный «символ тоталитарной системы». И хотя он никогда не гонялся за дешевой славой, осознание своей ненужности, без сомнения, тяготило его.
Однако многие не верили и до сих пор не верят, что Дин мог добровольно уйти из жизни. Он неоднократно говорил и писал друзьям, что мечтает поскорее приступить к съемкам фильма, которые должны были вот-вот начаться, а также хочет вновь посетить США осенью 1987 года и проехать по стране с большим гастрольным туром. Так что, несмотря на проблемы и душевные терзания, ничего не говорило о том, что он собирается уйти из жизни. Были и странности чисто следственного характера, которые не могли не настораживать. Если Дин и задумал совершить самоубийство и принял снотворное, то непонятно зачем он полез в озеро? Кроме того, несмотря на стоявшую тогда жару, Рид непонятно почему был одет в теплую куртку, а водительская дверь его машины, стоявшей недалеко от озера, была странным образом повреждена. Все это наводило на мысли, что Дин Рид кому-то мешал, и его решили убрать.
За океаном главным подозреваемым в предполагаемом убийстве Дина Рида была объявлена печально известная восточногерманская секретная служба «штази». Ходили слухи, что у Рида нередко возникали конфликты с властями ГДР. Он заявлял американскому телевидению, что считает необходимым сохранение берлинской стены, была в его интервью и другая фраза. «Я не считаю социализм и коммунизм лучшей системой… Я не согласен с тем, что социалистическое общество недостаточно открыто для критики, я полагаю, что должно быть больше индивидуальной свободы». Такие слова, понятное дело, не могли понравиться восточно-германскому режиму. В общем, Дин Рид, который критиковал социалистический строй и собирался вернуться в США, стал неугоден и слишком опасен… Правда, существует и другая версия. К убийству Рида могут быть причастны и американское правительство и ЦРУ. Дин, хоть и мечтал вернуться в Штаты, однако своих взглядов никогда не менял. Якобы Белый дом совершенно не желал возвращения «американского бунтаря» домой, и потому Дина решили «оставить навсегда в ГДР». К тому же, такая загадочная смерть давала еще один повод для критики восточно-германского режима. Но как бы там ни было, все эти версии и предположения так и остались догадками…
В последнее время в Соединенных Штатах вновь появился интерес к судьбе Дина Рида. Связано это во многом с намеренияем известного актера Тома Хэнкса снять фильм о певце и сыграть в нем главную роль. Но даже несмотря на то, что времена «холодной войны» давно прошли и берлинской стены уже нет, для американцев Дин Рид по-прежнему остается человеком, к которому прочно приклеился ярлык «красный Пресли». Хотя сам певец утверждал: все, что он сделал в своей жизни, он сделал не потому, что был «красным», а потому, что считал нужным это сделать. «Есть только два типа певцов – хороший и плохой, – говорил Дин Рид. – И публике необходимо решить, к какой группе отнести певца. Если кому-то так хочется прикрепить ко мне ярлык, называйте меня певцом любви. Существует много типов любви. Любовь к детям, любовь к матери, любовь к путешествиям, романтическая любовь и любовь к идеалам и принципам, которым следуешь в жизни. Артист не только может говорить обо всем этом, он должен это делать, если он считает себя настоящим артистом. И нет противоречия в том, если сегодня артист поет рок-н-ролл, а завтра политические песни на митинге солидарности. Только нужно быть правдивым и искренним в обоих случаях. Одно не исключает другого. Артист должен отдавать себя людям настолько полно, насколько это возможно, и вселять в них не только отвагу, но и дарить им радость…»

Годы жизни Дина Рида

1938
22 сентября – родился в городе Денвере, штат Колорадо (США).

1948
Поступил в кадетское училище. Проучился в нем один год.

1949
Отец купил Дину лошадь Блонди за 150 долларов.

1950
22 сентября – в день рождения Дина отец подарил сыну гитару.

1954
В честь любимой девушки Дин пишет свою первую песню под названием «Don't let her go» («Не разрешай ей уходить»).

1956
Июль – Дин ставит рекорд в марафоне, пробежав 110 миль.
6 августа – статья в «Ньюсуик» про рекорд Дина.
Дин поступает в Колорадский университет на факультет метеорологии.

1958
Август – на летние каникулы Дин едет в Голливуд и заключает контракт со звукозаписывающей компанией «Кэпитал Рэкордс» (Лос-Анджелес).

1959
Февраль – песня «Search» («Память») в исполнении Дина Рида занимает 96-е место в списке «Hot 100 charts» хит-парада журнала «Биллборд».
С песней «Twirly twirly» Дин Рид выступает на ТВ в «Bachelor Fater Show».
Дин Рид поступает в актерскую школу кинокомпании «Уорнер Бразерс» под руководством Пэтона Прайса.
4 октября – песня Дина Рида «Our summer romance» («Наш летний романс») занимает 2-е место в списке «Top 50».

1960
Дин Рид живет в Нью-Йорке.

1961
9 марта – Дин Рид уезжает из Нью-Йорка.
Март – от «Кэпитал Рэкордс» Дин Рид едет в свое первое турне – в Латинскую Америку (Чили, Бразилия, Перу, Аргентина). В Чили он знакомится с будущим президентом страны Сальвадором Альенде.
Декабрь – песня «Наш летний романс» занимает 1-е место в латиноамериканском хит-параде.

1962
Начало года – Дин Рид отправляется в путешествие (несколько месяцев) к индейцам Бразильской Амазонки.
Май – Дин Рид пишет письмо в известную чилийскую газету против испытаний США ядерного оружия.
22 мая – статья про Дина Рида в «Лос-Анджелес таймс».
9 июня – знакомится на чемпионате мира по футболу (в Арике, Чили) с Львом Яшиным.
11 июня – присутствует на матче Чили – СССР.

1964
Дин Рид снимается в фильме «Гвадалахара летом». На фестивале в Акапулько (Мексика) фильм завоевывает два приза.
В Мексике Дин Рид женится на голливудской киноактрисе Патрисии (Пэтти) Хоббс.
Дин Рид выступает на аргентинском ТВ в шоу «Todo es amor».
Вышел фильм «Первая любовь» (Аргентина) с участием Дина Рида.

1965
Дин Рид каждую субботу ведет на аргентинском ТВ собственное шоу.
10-15 июля – в составе аргентинской делегации Дин Рид едет в Хельсинки на Всемирный конгресс мира. После форума посещает Москву.
6 августа – Дин Рид в США участвует в Марше мира на Вашингтон.
Август – Дин Рид участвует в качестве гостя на празднествах в честь 15-летия независимости Аргентины.
Дин Рид заочно поступает на 1-й курс Колорадского университета (факультет метеорологии).
Вышел фильм «Новая волна» (Аргентина) с участием Дина Рида.

1966
Февраль – Дин Рид в Каракасе (Венесуэла) пишет стихотворение «Без войн планета не живет».
Март - в доме Дина Рида в Буэнос-Айресе одну ночь проводит Че Гевара.
13-16 июня – Дин Рид участует в сессии Всемирного совета мира в Женеве.
Конец июня – Дин Рид покидает Аргентину и переезжает в Испанию.
1 октября – 30 ноября – Дин Рид в СССР: 3-5, 7-9 октября – концерты в ГТЭ; 8 октября – пресс-конференция в Советском комитете защиты мира; 11-15 октября – концерты в Ленинграде; 17-21 октября – концерты в Ереване; 24-28 октября – концерты в Тбилиси; 30 октября – 1 ноября – концерты в Баку; 5 ноября – выступление в Театре на Таганке в Москве; 12-13 ноября – концерты в Ростове-на-Дону, 15-18 ноября – концерты в Кисловодске, 20-23 ноября – концерты в Риге; 27-29 ноября – концерты в Театре эстрады в Москве.
Патриция лежит в «кремлевке» и там теряет ребенка.
Декабрь – Дин Рид попадает в Испании в «черные списки» и вместе с Патрицией переезжает в Италию.

1967
Весна – Дин Рид и Патриция расстаются: Дин остается жить в Италии, а она уезжает в США, где собирается выйти замуж за футболиста из Техаса. Но Дин забирает ее обратно в Рим.
Июль-август – Дин снимается в первом своем «спагетти-вестерне» «Буккаро» (Италия – Испания).
Август – Патриция забеременела.
Сентябрь – Дин Рид в Риме пишет стихотворение «Мы – революционеры», посвященное 50-летию Октября.
28 октября – премьера в Италии фильма «Буккаро» с участием Дина Рида.

1968
Январь-март – Дин снимается в «спагетти-вестерне» «Бог их породил, я их убью» (Италия – Испания).
29 апреля – премьера в Италии фильма «Бог их породил, я их убью».
Апрель-июнь – Дин снимается в фильме «Племянники Зорро» (Италия – Испания).
2 мая – у Дина и Патриции родилась дочь Рамона.
4 мая – Дин Рид пишет письмо дочери Рамоне.
5 мая – Дин Рид в Риме пишет стихотворение «О моя бедная родина!».
Лето – Дин Рид посещает Монголию.
16 октября – Дин Рид пишет стихотворение «Вам!».
Вышел фильм «Племянники Зорро» (Италия-Испания) с участием Дина Рида.

1969
Осень – Дин Рид участвует в демонстрации протеста против войны во Вьетнаме перед американским посольством. Арест на несколько часов.
Вышли фильмы «Банда трех хризантем», (Италия-Испания), «Смерть стучится дважды» (Италия-ФРГ) с участием Дина Рида.

1970
27-30 марта – Дин Рид участвует в конференции сторонников мира в Стокгольме.
2-6 апреля – Дин Рид в Москве на пленуме Всемирного Совета Мира, созванного в честь 100-летия со дня рождения В. И. Ленина.
В «Огоньке» (N18) опубликовано стихотворение Дина Рида «Чтобы ты знал».
28 августа – Дин Рид выстирал американский флаг перед посольством США в Сантьяго. Участвует в предвыборной кампании Сальвадора Альенде.
4 ноября – Дин Рид присутствует на инаугурации нового президента Чили Сальвадора Альенде.
Вышли фильмы с участием Дина Рида: «Саранда», «Пираты зеленого острова» (все – Италия-Испания).

1971
27 января – «Литературная газета» публикует открытое письмо Дина Рида Александру Солженицыну.
Январь-апрель – Дин Рид выступает с концертами в Чили в поддержку Альенде.
25 мая – в крупнейшей чилийской газете опубликовано прощальное письмо Дина Рида чилийскому народу.
3-18 июля – Дин Рид через Уругвай нелегально проникает в Аргентину. Его арестовывают и бросают в тюрьму «Вила Довото». После 16-дневного пребывания за решеткой Дина отпускают на свободу и высылают из страны.
20 июля – 3 августа – Дин Рид присутствует на Международном кинофестивале в Москве. Знакомство с эстонской киноактрисой Эви Киви.
10 августа – 30 сентября – Дин Рид дает концерты в восьми городах Советского Союза: Ленинграде (12-16 августа), Киеве (20-22 августа), Одессе (24-26 августа), Тбилиси (5-11 сентября), Новосибирске (13-19 сентября), Владивостоке, Москве (29-30 сентября) и др.
25-29 ноября – Дин Рид присутствует на Международном кинофестивале документального кино в Лейпциге. Знакомство с 30-летней преподавательницей и родственницей председателя СЕПГ Эриха Хонеккера Вибке Дорнбах.
23-31 декабря – Дин Рид в Москве.
Вышел фильм «Прощай, Сабата» (Италия-Испания) с участием Дина Рида.

1972
5 января – Дин Рид в Сан-Марино пишет стихотворение «Наша храбрая Анджела Дэвис».
12-28 февраля – Дин Рид в Москве, концерты в ГТЭ (12-13, 15-16 февраля), «Октябре» (18-19 февраля), ГЦКЗ «Россия» (24, 27-28 февраля).
Март – в журнале «Советский экран» (N5) опубликована статья Натальи Лагиной про Дина Рида «Певец и актер».
Июнь-июль – Дин Рид снимается в Испании в фильме «Битва титанов» (Италия-Испания).
22-26 августа – Дин Рид как гость присутствует на международном фестивале эстрадной песни в Сопоте (Польша).
Сентябрь-октябрь – Дин Рид снимается в ГДР и Румынии в фильме киностудии «ДЕФА» «Из жизни одного бездельника» (Бездельник).
Режиссер Вернфрид Хюбель снимает фильм «Дин Рид – певец другой Америки».
Ноябрь – Дин Рид присутствует на Международном кинофестивале документального кино в Лейпциге в качестве почетного гостя.
9-10, 12-13, 15-16 декабря – Дин Рид выступает с концертами в Москве (Театр эстрады).

1973
24 февраля – Дин Рид принимает участие в фестивале солидарности «Чили-Вьетнам» в Уругвае. Там же выходит диск Дина Рида.
Дин Рид снимается в Испании в фильме «Кулак, фасоль и... карате» (Италия-Испания).
Конец мая – Дин Рид принял участие в азиатском конгрессе миролюбивых сил в Дакке (Бангладеш).
Начало июня – Дин Рид посетил Панаму, Венесуэлу, США.
Июнь – на экраны ГДР выходит фильм «Из жизни одного бездельника».
28 июля – 6 августа – Дин Рид участвует в фестивале молодежи и студентов в Восточном Берлине.
31 июля – Дин Рид женился на Вибке. Бракосочетание состоялось в городе Дебельне (28 тысяч жителей).
Август – Дин Рид находится в Мексике и Чили.
25 августа – выступление по чилийскому ТВ.
27 августа – Дин Рид участвует в фестивале искусств в Монтевидео (Уругвай), устроенным газетой уругвайских коммунистов «Популар» (по приглашению 1-го секретаря ЦК КП Уругвая Роднея Арисменди).
25-31 октября – Дин Рид участвует в работе Всемирного конгресса мира в Москве.
Выступает в комиссии по Чили 28 октября.

1974
8-9 февраля – Дин Рид на БАМе.
Февраль – Дин Рид снимается в Чехословакии в фильме киностудии «ДЕФА» «Кит и К» по книге Джека Лондона «Смок Белью».
10-25 марта – Дин Рид в Карелии (Косалма под Петрозаводском) снимается в фильме «Кит и К».
Апрель – съемки в «Кит и К» в ГДР; гастроли по ГДР и ЧССР.
28-30 мая – Дин Рид в Париже на юбилейной сессии Всемирного Совета Мира.
Июль – Дин Рид выступает на фестивале песни и танца в Тюрингии (ГДР).
Август – октябрь – Дин Рид снимается в ГДР и Румынии в фильме киностудии «ДЕФА» «Братья по крови», где выступает в двух ипостасях: как автор сценария и исполнитель главной роли (Гармоника).
13 декабря – Дин Рид выступает в берлинском зале «Фридрихштадтпаласт» в концерте в честь 25-летия пионерской организации имени Эрнста Тельмана.
19 декабря – премьера в ГДР фильма «Кит и К» с участием Дина Рида.

1975
Январь – Дин Рид снимается в ГДР и Румынии в фильме киностудии «ДЕФА» «Братья по крови» (Дин автор сценария и исполнитель главной роли – Гармоника).
Март-апрель – Дин Рид выступает с гастролями в США, на Кубе, в Венгрии, ЧССР (в последней он дал 13 концертов, которые посетили 57,5 тысяч зрителей).
Май – Дин Рид проникает в пиночетовское Чили и попадает за решетку. По приговору суда ему дали 10 лет тюрьмы за призывы к свержению существующего строя.
После трехдневной голодовки Дина Рида отпускают и выдворяют из страны.
Июнь – на экраны ГДР выходит фильм «Братья по крови».
10-24 июля – Дин Рид в Москве на международном кинофестивале.
23 сентября – в газете «Советская культура» опубликована поэма Дина Рида «Думаю о вас, скучаю о вас, люблю вас», где речь идет о его пребывании в чилийской тюрьме (перевод Евгения Долматовского).
Октябрь – Дин Рид встречается с матерью во время Всемирного конгресса женщин в Восточном Берлине.
Ноябрь – Дин Рид в 4-й раз гастролирует по СССР: 15-16 ноября дает концерты в Театре эстрады в Москве; 19-20 ноября – в Спортивном манеже в Риге; 22-23 ноября – в Доме спорта «Калев» в Таллине; 26-27 ноября – в Большом концертном зале «Октябрьский» в Ленинграде (в Ленинграде участвует во Всемирной конференции представителей национальных движений за мир 24-25 ноября); 29-30 ноября – в московском Театре эстрады (все концерты в сопровождении оркестра Дитера Джулика).
3 декабря – Дин Рид дает концерт в Москве в честь борющегося народа Чили.

1976
Январь – март – Дин Рид записывает на студии «Супрафон» (Чехословакия) диск «Dean Reed a jeho svet».
22 марта – Дин Рид посещает один из детских домов в ГДР.
17 мая – у Дина и Вибке родилась дочь Наташа.
Лето – Дин Рид посещает США, где гостит у своей бывшей жены Патрисии.
29 ноября – Дин Рид участвует в Международном фестивале документального кино в Лейпциге.

1977
Февраль – начались съемки фильма «Эль Кантор» («Певец»). Дин Рид выступает как автор сценария, режиссер и исполнитель главной роли (чилийский певец Виктор Лебен).
15 июня – Дин Рид в Испании, на первых демократических выборах в этой стране.
Июль-август – съемки фильма «Эль Кантор» («Певец»).
Сентябрь – Дин Рид записывает в Праге, на студии «Супрафон», диск «Моя песня для тебя».
Сентябрь-октябрь – Дин Рид находится в Южном Ливане, на базе партизан Организации Освобождения Палестины (ООП).
Ноябрь – развод Дина Рида и Вибке.
22 декабря – в Восточном Берлине, в кинотеатре «Космос», состоялась премьера фильма «Эль Кантор» («Певец»).

1978
9 января – Дин Рид в Москве, где его награждают медалью Советского комитета защиты мира «Борцу за мир».
11 января – Дин Рид посетил редакцию газеты «Комсомольская правда».
Январь – февраль – Дин Рид записывает в Праге диск «Моя песня для тебя».
6 апреля – Дин Рид выступает на 80-летии Академии искусств ГДР.
25-28 апреля – Дин Рид в Москве на 18-м съезде ВЛКСМ.
Май – Дин Рид присутствует на кинофестивале в Карловых Варах (ЧССР) с фильмом «Эль Кантор» («Певец»). Вместе с актером и другом Вацлавом Некаром Дин присутствует на слете молодежи в городе Кралове.
Июнь – Дин Рид участвует в фестивале прессы в Восточном Берлине.
29 июля – 7 августа – Дин Рид в Гаване на XI Всемирном фестивале молодежи и студентов.
28 октября – Дин Рид в США. Показ фильма «Эль Кантор» («Певец») студентам Университета в Миннеаполисе (штат Миннесота).
29 октября – арест Дина Рида за участие в демонстрации фермеров в городе Делано (штат Миннесота).
30 октября – Дин Рид и 19 арестованных вместе с ним фермеров объявили голодовку.
11 ноября – в советских газетах опубликовано открытое письмо президенту США Д.Картеру, с просьбой отпустить певца на свободу. Под этой петицией стояли подписи именитых людей: Майи Плисецкой, Максима Шостаковича, Ильи Ойстраха, Юрия Темирканова, Евгения Нестеренко.
13 ноября – Дин Рид предстал перед судом присяжных в округе Райт (штат Миннесота) и был признан невиновным.
19 ноября – Дин Рид возвращается в ГДР.
21 ноября – Дин Рид участвует в митинге в школе имени Вильгельма Пика в Богензее (ГДР).
26 ноября – Дин Рид участвует в Дне солидарности в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.
29 ноября – Дин Рид участвует в Международном фестивале документального кино в Лейпциге.
Декабрь – концертное турне Дина Рида по 20 городам ГДР.
16 декабря – Дин Рид выступает в одной из телепередач восточногерманского ТВ.
31 декабря – Дин Рид в Москве.

1979
8-12 января – Дин Рид в Москве: участвует в новогодней елке в Кремле; 9 января – дает концерт во Дворце пионеров на Ленинских горах; 12 января – выступает в кинотеатре «Энтузиаст».
Январь – Дин Рид выступает в с концертом в городе Хетсштадте (ГДР). Работает над сценарием очередного фильма – «Ковбои» («Пой, ковбой, пой»).
2-5 февраля – Дин Рид участвует в сессии Всемирного Совета Мира в Восточном Берлине.
Февраль – Дин Рид снимает на восточногерманском ТВ передачу «Человек из Колорадо» с участием своего друга Фила Эверли. Съемки в Карл-Маркс-штадте.
28 февраля – Дин Рид выступает в восточноберлинском кинотеатре «Вавилон».
Март – Дин Рид выступает в 15-й средней школе в Шмоквице (Восточный Берлин).
10-18 марта – Дин Рид выступает в ревю «Алекс Буммель» в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.
19 марта – Дин Рид начинает большое концертное турне по 58 городам ГДР.
Апрель – концертное турне Дина Рида в Чехословакии.
21 мая – Дин Рид дает концерт на митинге солидарности с Чили на «Непштадион» в Будапеште (Венгрия) в присутствии 70 тысяч зрителей.
1 июня – Дин Рид выступает на молодежном фестивале в Восточном Берлине.
2 июня – Дин Рид выступает на Александрплатц и в Культурпарке на детском фестивале.
3 июня – Дин Рид выступает в телевизионной передаче на восточногерманском ТВ.
20 июня – Дин Рид выступает на берлинском радио.
Июль – Дин Рид на одном из рыбацких островов в Северном море работает над сценарием «Ковбои» («Пой, ковбой, пой»).
1-3 августа – Дин Рид в Москве, репетирует с ВИА «Верасы» концертную программу для турне по БАМу.
4-6 августа – Дин Рид в Иркутске, концерт во Дворце спорта.
7 августа – Дин Рид дает концерт на интернациональной стройке СЭВ – Усть-Илимского ЛПК.
8-20 августа – поездка по БАМу. Концерты проходили прямо в тайге, на импровизированных площадках (однажды Дин пел даже на крыше поезда).
21 августа – Дин Рид дал пресс-конференцию в Комитете молодежных организаций в Москве, где рассказал о своих гастролях на БАМе.
22-28 августа – Дин Рид участвует в Московском международном кинофестивале.
2-3 сентября – Дин Рид в Вене участвует в празднике газеты австрийских коммунистов «Фольксштимме».
7 сентября – Дин Рид принимает участие в репетиции телевизионной передачи «Кессель бунтес» («Пестрый котел») в зале «Фридрихштадпалас» в Восточном Берлине.
8 сентября – состоялся концерт «Кессель бунтес» (29 сентября – показ по ТВ).
Сентябрь-октябрь – Дин Рид гастролирует по ГДР (концерты в 26 городах).
21-30 октября – концертное турне Дина Рида в Чехословакии.
29 октября – решение ЦК ВЛКСМ о вручении Дину Риду премии Ленинского комсомола за песни посвященные антиимпериалистической солидарности, миру и дружбе народов.
30 октября – концерт Дина Рида в пражском зале «Люцерна».
3-5 ноября – Дин Рид в Москве, где ему вручается премия Ленинского комсомола.
15 декабря – Дин Рид участвует в митинге солидарности с народом Кампучии в средней школе в восточноберлинском микрорайоне Митте.
27 декабря – Дин Рид дает концерт в городе Котбусе (ГДР).

1980
Март-апрель – Дин Рид записывает в Праге, на студии «Супрафон», диск «Рок-н-ролл, кантри и романтика».
24-26 мая – Дин Рид принимает участие в митинге дружбы молодежи ГДР и СССР в городе Карл-Маркс-штадте (ГДР).
Июнь-июль – Дин Рид снимается в Румынии в фильме «Пой, ковбой, пой».

1981
11 февраля – Дин Рид принимает участие в фестивале политической песни в Восточном Берлине.
4 марта – Дин Рид принимает участие в концерте в восточноберлинском зале «Космос».
14 марта – Дин Рид выступает в концерте «Пестрый котел» в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.
15 марта – Дин Рид принимает участие в радиопередаче.
17 марта – Дин Рид выступает в студенческом клубе.
21-22 марта – Дин Рид выступает в «Палас дер Републик».
Апрель – Дин Рид участвует в концерте «Дайте миру шанс» в крупнейшем концертном зале Восточного Берлина «Конгрессхолле».
19 апреля – Дин Рид дает концерт в восточноберлинском кинотеатре «Вавилон».
Апрель-май – гастрольное турне Дина Рида по СССР: Минск (18-20 апреля), Киев (23-26-го, Дворец культуры «Украина»), Ленинград (28 апреля – 1 мая), Москва (7 мая в ГЦКЗ «Россия»).
7 июня – Дин Рид дает концерт на стадионе в Лейпциге.
12 июня – во время «Летних дней кино» в ГДР состоялась премьера фильма « «Пой, ковбой, пой».
18 июня – премьера фильма «Пой, ковбой, пой» в восточноберлинском кинотеатре «Космос».
7-21 июля – Дин Рид и Рената Блюме участвуют в Московском международном кинофестивале с фильмом «Пой, ковбой, пой».
16 августа – Дин Рид дает концерт в зале «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.
25-30 августа – концерты Дина Рида «Пой, Дин, пой» в «Палас дер Републик».
28 августа – Дин Рид принимает участие в митинге журналистов на Александрплатц в Восточном Берлине.
Сентябрь – Дин Рид записывает в Праге, на студии «Супрафон», диск «Дин Рид кантри».
22 сентября – в день своего 43-летия Дин Рид женится на Ренате Блюме (ЗАГС в восточноберлинском районе Копеник).
13 ноября – Дин Рид дает концерт в городе Хольтхаузене (ГДР).
14 ноября – Дин Рид дает концерт в одной из средних школ Хольтхаузена.
26 ноября – Дин Рид дает концерт в «Штадтхалле» в городе Котбусе (ГДР).
29 ноября – Дин Рид участвует в концерте солидарности в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.

1982
Март – Дин Рид в Москве, концерты в Театре эстрады 3-5, 7-9, 11-12, 14-15-го в сопровождении ансамбля «Эвергин юниорс» (ГДР).
Март – Дин Рид встречается в Берлине с Ясиром Арафатом, который находится в ГДР с официальным визитом.
19 апреля – Дин Рид выступает в малом зале «Штадтхалла» в Карл-Маркс-штадте (ГДР).
Май-июнь – Дин Рид участвует в турне по ГДР.
13 июня – Дин Рид дает концерт в Восточном Берлине.
19 июня – Дин Рид выступает на празднествах, посвященных 1000-летию города Мейнингена (ГДР).
29 августа – Дин Рид выступает на мирной манифестации на площади Ленина в Восточном Берлине.
7 октября – Дин Рид дает интервью восточно-берлинскому радио.
29 октября – в США скончался отец Дина Рида 79-летний Сирил Рид.
29 ноября – Дин Рид выступает в берлинском цирке.

1983
Январь – в СССР в прокат вышел фильм «Пой, ковбой, пой».
Дин Рид во второй раз посещает Ливан.
21-22 мая – Дин Рид выступает на митинге молодежи в Потсдаме (ГДР).
7 июня – Дин Рид дает концерт в Восточном Берлине.
13 июня – Дин Рид в Греции участвует в «Концерте мира» в Пиреях.
8-9 июля – Дин Рид участвует в репетициях телепередачи «Пестрый котел» в «Палас дер Републик». Мать Дина Рут Анна присутствует на записи в качестве гостьи.
15 августа – Дин Рид и кинорежиссер Уилл Робертс выезжают в Сантьяго (Чили).
18 августа – Дин Рид дает концерт для шахтеров рудника «Эль-Теньенте».
19 августа – Дин Рид дает концерт в университете Сантьяго для 2000 студентов. Утром следующего дня Дина высылают из страны.
25 августа – Дин Рид в Москве дает пресс-конференцию в Советском комитете защиты мира о своей поездке в Чили.
27 августа – Дин Рид возвращается в ГДР.
3-4 сентября – Дин Рид в Вене участвует в празднике газеты австрийских коммунистов «Фольксштимме». По возвращении в ГДР он завершает работу над сценарием «Вундед-Ни» («Окровавленное сердце» или «Опасная близость»).
19 ноября – Дин Рид участвует в Международном фестивале документального кино в Лейпциге.
27 ноября – Дин Рид выступает в концерте политической песни в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.
28 декабря – Дин Рид в Москве выступает на фестивале политической песни памяти Виктора Хары.

1984
Февраль – Дин Рид участвует в ежегодном фестивале политической песни в Восточном Берлине.
19 апреля – показ в ГДР телепередачи «Человек из Колорадо».
28 апреля – 2 мая – Дин Рид в Никарагуа на Всемирном конгрессе мира.
1 мая – Дин Рид участвует в первомайской демонстрации.
2 мая – Дин Рид выступает перед посольством США.
19 мая – показ в ГДР телепередачи «Человек из Колорадо».
18-20 мая – Дин Рид в Москве выступает в концертной программе «Проспект Мира встречает друзей» в спорткомплексе «Олимпийский» в рамках II Международного музыкального фестиваля.
26 мая – концерт Дина Рида в Эрфурте (ГДР) в рамках гастрольного тура по ГДР.
9-10 июня – Дин Рид принимает участие в молодежном фестивале в Восточном Берлине.
31 августа – Дин Рид выступает на митинге журналистов на Александрплатц в Восточном Берлине. В тот же день он уезжает в Потсдам, где выступает на Веберплатц.
8 сентября – Дин Рид выступает в «Пестром котле» в зале «Фридрихштадтпалас» в Восточном Берлине.
Сентябрь – Дин Рид приезжает в Аргентину по приглашению Совета мира Аргентины. В этой стране он не был 18 лет.
27 октября – Дин Рид в Уругвае участвует в митинге протеста против диктатуры.
18 ноября – Дин Рид участвует в концерте солидарности в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.
24 ноября – Дин Рид участвует в записи телепередачи «Сильвестр-ревю» в Лейпциге (ГДР).
29 ноября – Дин Рид на Международном фестивале документального кино в Лейпциге.
2 декабря – Дин Рид участвует в митинге солидарности в Восточном Берлине.
27-28 декабря – Дин Рид в Москве участвует в записи телепередачи «Салют, фестиваль!».

1985
11 января – Дин Рид на репетиции молодежной телепередачи «Вокруг» во Франкфурте-на-Одере (ГДР).
12 января – Дин Рид участвует в телепередаче «Вокруг» во Франкфурте-на-Одере.
8 июня – Дин Рид участвует в телепередаче в Карл-Маркс-штадте (ГДР).
9 июня – Дин Рид выступает в городе Доберне (ГДР).
Июль – Дин Рид в СССР выбирает натуру в Ялте для фильма «Окровавленное сердце» («Опасная близость»).
27 июля – 3 августа – Дин Рид в Москве на XII Всемирном фестивале молодежи и студентов.
30 августа – Дин Рид выступает на митинге журналистов на Александрплатц в Восточном Берлине.
22 сентября – свой последний в жизни день рождения Дин отмечал в Москве в компании своих друзей. Там же прошли переговоры по поводу нового фильма Дина – «Опасная близость» («Окровавленное сердце»).
16 октября – вместе с режиссером Уиллом Робертсом Дин Рид приехал в свой родной город Денвер (США). Они привезли на Международный кинофестиваль документальный фильм «Американский бунтарь» (про Дина Рида).
17 октября – Дин Рид дал интервью радиоведущему Петеру Бойлу. В тот же день состоялся показ фильма «Американский бунтарь» в Тиволи-центре в Денвере.
1 декабря – Дин Рид выступил в концерте в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.

1986
Январь – Дин Рид участвовал в записи диска «Дин Рид» в Праге.
10 февраля – Дин Рид приехал в Москву, чтобы дать интервью американской телевизионной передаче «60 минут» телекомпании Эй-Би-Си.
2 марта – Дин Рид выступил в «Днях искусства» в «Палас дер Републик» в Восточном Берлине.
Март – Дин Рид присутствует на Лейпцигской книжной ярмарке, где среди других книг есть и его биография (2-е издание с 1980 года).
20 апреля – в США выходит телевизионная передача «60 минут» телекомпании «Эй-Би-Си», в котором было показано интервью Дина Рида.
6-7 мая – Дин Рид в Лейпциге репетирует очередной выпуск телевизионного кантри-шоу «Человек из Колорадо».
8 мая – запись передачи «Человек из Колорадо».
Дин Рид отдыхает в Карловых Варах (ЧССР). Вместе с музыкантом Нилом Якобом (США) Дин Рид совершает поездку в Прагу.
8 июня – Дин Рид ссорится с Ренатой Блюме и совершает неудачную попытку самоубийства – режет руку мачете
12 июня – очередная ссора с Ренатой, после которой Дин покидает свой дом.
17 июня, 8.30 утра – тело мертвого Дина Рида находят в водах озера Цейтенерзее.
24 июня – состоялась кремация Дина Рида в одном из крематориев (Баумшуленвег) Восточного Берлина.
30 июня – траурная церемония в Гонолулу.
31 июня – похороны праха Дина Рида в Раухфангсвердере (ГДР).

1991
Мать Дина Рида перевезла прах сына на кладбище Зеленая Монтана в Боулдере (США).

Материал взят из книги Ф.Раззакова
«Дин Рид: Трагедия красного ковбоя»